Хроника детства маленькой женщины

Изображение облака с каплями дождя ещё вчера можно было бы отнести и к вершинам моего собственного художественного творчества. Правда, давным-давно я рисовал маленьким Андрею и Кириллу более «сложные» этюды – однотипные дома с окнами и трубами, из которых валил дым, огромные линкоры и подводные лодки, в основном, по памяти. Теперь же, благодаря постоянно растущим интеллектуальным запросам Дарьи, я научился рисовать с натуры. Когда малышка просила изобразить ей «зябу», я легко срисовывал с картинки лягушку. Потом столь же непринужденно и, вероятно, убедительно воплощал на бумаге неповторимый образ гуся, лошади и даже свирепого волка с какой-нибудь картинки…

Не удивительно, что в нашем художественном творчестве вскоре начали присутствовать образы из любимых Дашиных мультиков. Она просила нарисовать то Мишу из мультфильма «Маша и медведь», то Винни Пуха, то Пятачка. Я, как мог, выполнял её просьбы, а мой заказчик внимательно анализировал созданные «шедевры» и тактично, чтобы не обидеть автора, делал заключение: «Похозе».

С первых дней совместного художественного творчества в наших авторских стилях сразу проявились отличные друг от друга направления. Если я, берясь за карандаш, пытался привнести в тот или иной художественный образ некое жанровое разнообразие, мой юный наставник придерживался традиционно консервативных традиций, начиная с неизменных облаков. Может потому, что наша малышка и впрямь ощущала себя ангелом, сошедшим с небес?

Поначалу на занятия «живописью» у нас уходило довольно много бумаги. Но с появлением гаджетов процесс творчества преобразился до неузнаваемости – у Даши появился некий предмет, напоминающий планшет, и специальный карандаш. Правда, экран этого планшета к тому времени, когда я впервые его увидел, был уже изрядно изрисован. Я долго вертел его в руках, не понимая, как можно стереть старые рисунки, пока мне на помощь не пришла внучка. Дарья потянула за какой-то рычажок, расположенный сбоку «планшета», и все изображения разом исчезли. Более того, оказалось, что теперь можно и не рисовать вовсе, достаточно найти нужный штамп – что-то вроде экслибриса – с конкретным изображением, что мне вновь продемонстрировала Даша. Когда я предложил нарисовать лошадь, она взяла в руки один из таких штампов и приложила его к экрану, благодаря чему на поверхности тут же появилось искомое изображение. К тому времени Даша ещё не умела произносить слово «лошадь», тем не менее, она уже знала значение этого слова. И, услышав о моем намерении «нарисовать» лошадь, тут же отыскала соответствующий штамп.

Я никак не поспевал за прогрессом в сфере средств изобразительного искусства для самых маленьких. Дарья легко раскрашивала свои картины, выполненные при помощи столь же незнакомой мне техники, где не требуется никакая краска вообще, а нужны лишь кисточка и вода, краска на рисунке проявляется сама собой. Она легко лепила разные фигурки из неведомого мне пластилина, который был совсем не похож на тот, который использовали когда-то наши маленькие сыновья…

Конечно, я старался соответствовать веяниям времени и постоянно искал современные приемы, которые старался реализовать во всём, чем бы мы ни занимались с Дарьей. И не только в живописи, но и в создании вокальных образов.

Овладев незатейливой песенкой про облака, я уже легко копировал голоса Крокодила Гены и Чебурашки, и впервые испытал наслаждение от благодарной зрительской реакции: стоя рядом, Дарья пританцовывала, крутила головой и изображала руками какую-то пантомиму.

Но едва я по-настоящему пристрастился к вокалу, как она резко сменила тему – «Потитяй Липух» – почитай «Винни-Пуха». То есть, от высокого искусства мне предлагалось без каких-либо плавных переходов обратиться к элементарной прозе. Но я решил пойти другим путём и попытался совместить прозу и вокал, иначе говоря, опустился до заурядного рэпа. И тут произошло невероятное – в мгновение ока мне удалось получить уже полное признание своих музыкальных способностей.

Когда я продекламировал в стиле рэпа про «опилки» и «вопилки», Дарья в своей беспрекословной манере потребовала «Асе». Я повторил на «бис» и, вдохновленный, хотел было двинуться дальше, как услышал очередное «Асе». В этот день я исполнил рэп Вини-Пуха несколько раз подряд, и моё вокальное самомнение начало расти как на дрожжах. Мало того, что я овладел тайной превращения безголосых людей в «звезд» шоу-бизнеса, и уже был готов занять своё место где-то между Тимати и Бастой, но главное, благодаря Винни-Пуху, я нашел дорожку к сердцу моей любимицы – она уже вовсю танцевала под мой рэп.

Роль мультиков в развитии детей пока никем не исследована. Поэтому, не претендуя на истину в последней инстанции, я могу утверждать, что мультики не только способствовали художественному развитию Даши, но и помогали мне постичь её характер, познакомиться с её симпатиями и антипатиями.