Кино после Сталина

Михаил Чиаурели, советский режиссер кино, мультипликации, скульптор, педагог… В 1917 году вместе с поэтом-футуристом Ильей Зданевичем и художником Ладо Гудиашвили был в экспедиции по южным районам Грузии… Поставил 14 полнометражных фильмов, в четырех из них («Великое зарево», «Клятва», «Падение Берлина» и «Незабываемый 1919–й год») был создан образ Сталина. Народный артист СССР, лауреат шести Сталинских премий.

Вот что рассказывала дочь режиссера Софико Чиаурели в интервью:

«Когда к власти пришел Хрущев, папу из-за того, что к нему хорошо относился Сталин, сослали в Свердловск. Когда он смог вернуться в Грузию, его не допустили до кинематографа. Хотя был ли в те годы хоть один человек, который не посвящал Сталину книги, фильмы, музыку? Поскольку папа хорошо рисовал, он занялся мультипликацией. И все равно в 1969 году умудрился снять мультфильм, посвященный Сталину. “Как мыши кота хоронили” он назывался»[188].

Михаил Чиаурели

1951

[ГЦМК]

«Мультфильм в стиле русских сказок получился мрачным, зловещим, очень необычным и совсем не детским. Снят был по сказке В.А. Жуковского, который, в свою очередь, взял сюжет из лубка XVIII века “Мыши кота погребают”. Кот на лубках изображался не мертвым, а притворяющимся».

Почему-то Софико умолчала о том, что после возвращения в Грузию Чиаурели снял четыре полнометражных художественных фильма, которые тоже можно – хронологически – отнести к «послесталинскому» кино.

1957 – «Отарова вдова». О любви батрака к княжне в XIX веке.

1960 – «Повесть об одной девушке». Городская девушка, вчерашняя студентка, находит себя в условиях современной деревни.

1962 – «Генерал и маргаритки». О любви польских эмигрантов после Второй мировой войны.

1965 – «Иные нынче времена». 1861 год. Молодой ремесленник влюбляется в простую крестьянку, старый князь хочет взять ее себе в жены. Комедия.

Но в 1969 году Чиаурели все-таки не выдержал. Мультфильм про кота и мышей – это был «крик души». В Госкино сказку сочли рискованной аллегорией слишком памятных всем событий и не сразу выпустили. Однако все-таки выпустили. Да и «кот» ведь не всегда притворялся.

В августе 1972 года ЦК КПСС принимает специальное Постановление «О мерах по дальнейшему развитию советской кинематографии».

«На экране редко появляются герои, которые привлекали бы цельностью характера… преданностью коммунистическим идеалам. В то же время преувеличенное внимание уделяется персонажам, лишенным глубоких общественных интересов и твердых моральных устоев; не все делается для того, чтобы показать экономические, общественные, культурные преобразования, осуществляемые советским народом под руководством партии, запечатлеть важные социальные изменения, происходящие в жизни рабочего класса, колхозного крестьянства и интеллигенции… Вместо правдивого показа жизни с позиций ленинской партийности в произведениях дается поверхностное, одностороннее, а порой и неверное истолкование событий и фактов»[189].

Формулировки чеканные, но попробуйте понять, как можно превратить их в киноязык, в искусство, в образы, близкие зрителю, вызывающие сочувствие.

И все же вспомним, что за 15 лет до этого постановления на экране появился герой, который действительно привлекал «цельностью характера». Фильм «Коммунист» Юлия Райзмана и Евгения Габриловича. Настолько сильно был придуман ими и настолько мощно был сыгран образ Василия Губанова, что его «преданности коммунистическим идеалам» можно было доверять.