Клеопатра. Последняя царица Египта

Завещание, которое теперь составил или подтвердил Цезарь, учитывая свой отъезд, ясно показывает, что его желание монархической власти было несовместимо с его нынешним брачным статусом. Без царицы и сына-наследника не имело смысла создавать трон, так как Цезарь уже получил абсолютную самодержавную власть пожизненно. Ведь если этот пост не будет безоговорочно передан его сыну Цезариону, не имело смысла стремиться к немедленному восхождению на трон. Поэтому в своем завещании, которое было составлено с учетом его возможной смерти до того, как он поднимется на свой будущий трон, Цезарь просто разделил свое имущество, отдав часть его государству, а часть своим родственникам, причем значительную долю получил его любимый племянник Октавиан. К завещанию прилагалось дополнительное распоряжение, в котором назначалось большое количество опекунов любого его потомства, которое, возможно, произведет на свет Кальпурния после его отъезда. Но его так мало интересовало это расплывчатое непредвиденное обстоятельство, что он, видимо, не оставил никакого финансового обеспечения для такого ребенка. Оставлять деньги Клеопатре или ее сыну не было нужды, так как она сама была сказочно богата. Нет сомнений в том, что это завещание он планировал уничтожить, если взойдет на трон до своего отъезда, и впоследствии стали считать, что он действительно написал еще одно завещание в пользу Цезариона, которое следовало использовать, если ему будет предложена корона. Но если, как кажется вероятным сейчас, это событие будет отложено до возвращения Цезаря, разделение его собственности между наследниками должно было стать самым лучшим урегулированием его дел в случае, если он умрет на Востоке. Пока Цезарь не получил корону, не было возможности упоминать Клеопатру или Цезариона в пожеланиях в завещании, ведь, если Цезарь умрет в Парфии или Индии, будучи по-прежнему диктатором, его надежды на основание династии, его план сочетаться законным браком с царицей Египта, его замыслы воспитать Цезариона так, чтобы он пошел по его стопам, да и вообще все его масштабные честолюбивые замыслы рухнут. Цезарь не был человеком, который очень заботился об интересах других людей; и в случае с Клеопатрой он был совершенно готов оставить ее сражаться за себя в Египте, случись ему отправиться в те небесные сферы, где ему от нее не будет никакой пользы. Его страсть к ней теперь, по-видимому, поостыла, и, хотя Цезарь все еще, вероятно, получал удовольствие от ее общества и в значительной степени был открыт для ее влияния, ее главная привлекательность для него в эти последние дни состояла в признании ее годной для того, чтобы взойти на новый трон рядом с ним. Она, со своей стороны, несомненно, сохранила во многом свою старую любовь к нему, и, несмотря на его усиливающуюся раздраженность и чудаковатость, она, видимо, щедро одаряла преданностью любящей молодой женщины великого стареющего героя.