Клевер и Трубка Мира (СИ)

Когда машина вновь тронулась, мысли Беса, закрутились быстрее, чем колеса автомобиля: "Так, - думал подполковник,- генерал, конечно, ко мне прямого отношения по службе не имеет, но, все же, это генерал! И, если ему что-нибудь не понравится, я с этой теплой должности начальника военной кафедры в Ленинградском ВУЗе запросто могу загреметь в какой-нибудь Прибайкальский военный округ в строевую часть - у генерала и знакомства генеральские - какому-нибудь приятелю в министерстве шепнет словечко, и - здравствуй, священный Байкал. Не-е-е-т уж, надо ехать сватать этого проклятого Цыбина. А с ним самим я после разберусь".

Приехали в часть. Евгений Александрович по-прежнему находился в столовой - сидел за столом и премило разговаривал со студентами. Напротив него сидел смущенный Вовка Цыбин, который тоже не верил, хотя и надеялся, что сватать ему невесту приедет настоящий генерал. Евгений Александрович, уже успевший оценить Вовкино обаяние теперь нисколько не сомневался в правильности своего решения приехать в Выборг.

Бес строевым шагом пересек столовую и, как обычно, отрапортовал генералу о том, что происшествий в части нет, а курсанты отдыхают.

- Вольно, подполковник, - разрешил Евгений Александрович - какие могут быть происшествия с такими орлами?

"Ага, - подумал Бес, - конечно, никаких происшествий быть не может..., правда эти орлы неделю назад на учебных стрельбах чуть самолет не сбили, а в остальном полный порядок".

- У тебя такое событие в части, а ты, подполковник, опаздываешь, давай собирайся, времени мало.

- Виноват, товарищ генерал, мы вас немного позже ждали, вот и задержался.

Студенты переглянулись, а Костя Чирвин вполголоса спросил у Лени:

- Ты ему, что ли рассказал?

- А что было делать, он машину остановил и давай меня пытать...

- Да, нет нормально все, видишь, как заливается. Теперь все будет хорошо.

А Бес уже вовсю отдавал распоряжения, как будто затея со сватовством была делом его жизни.

- Старшина, все, кто входит в делегацию, готовы?

- Так точно. - Рапортует Костя.

- Через пять минут построение на плацу, в парадной форме. Все лично проверю.

- Есть, товарищ подполковник. Делегация к Барону - бегом в казарму переодеваться, через пять минут построение на плацу. Разрешите, товарищ подполковник, и мне переодеться, я тоже еду.

- Бегом, старшина.

В делегацию входили Костя Чирвин, как старшина, человек бывалый, член партии, да еще и самый высокий студент, Дима Куклин - уважаемый человек и знаток обычаев сватовства в Казахстане, Женька Болванов - владелец Медведя, Валера Соловьев - лучший друг Вовы Цыбина. Хотели взять и самого Вовку, но Дима, подумав, сказал, что это не положено. Так что Вовка остался переживать в казарме.

Минут через 10 на плацу, где проводились утренние и вечерние построения, образовались две, стоящие лицом одна к другой шеренги: маленькая - сваты; и большая провожающие. Между шеренгами прогуливались Евгений Александрович и Бес.

Рогов сказал короткую прочувствованную речь о том, что женитьба дело ответственное и что задача, стоящая перед делегацией весьма важна с точки зрения укрепления чувства взаимовыручки боевого подразделения. Начал было по привычке переходить к решениям очередного съезда КПСС, но Зазорин легонько тронул его за рукав и что-то прошептал на ухо.

- Так точно, товарищ генерал-майор, - ответил Бес и скомандовал посадку на машины.

Ехали на двух зазоринских "Волгах". Дом Барона был на окраине Выборга среди поселка, застроенного небольшими щитовыми и брусчатыми домиками. Он выделялся среди них, как бык среди стада овец - двухэтажный, сложенный из белого силикатного кирпича, обнесенный таким же кирпичным двухметровым забором.

Костя по приказу Рогова подошел к воротам и нажал на кнопку звонка. Был ли звонок, слышно не было, но в зеленых воротах открылась калитка, из нее вышел хмурый молодой человек в черной шляпе и вопросительно посмотрел на Костю.

- К Барону генерал приехал, надо поговорить.

- Какой еще... - начал было недовольно человек в шляпе, но увидев вышедшего из автомобиля Евгения Александровича, оторопело замолчал, а потом скрылся за воротами.

Дима Куклин потом рассказывал, что сомневался в том, что к ним вообще кто-нибудь выйдет. Но нет - ворота открылись, человек в шляпе махнул, приглашающе, рукой, и обе "Волги" заехали на большую асфальтированную площадку перед домом. Вышли, осмотрелись: вдоль всей кирпичной ограды был высажен ровно постриженный газон, на нем через равные промежутки стояли деревья с круглыми кронами. Недалеко от ворот был припаркован красный москвич.

Дверь дома открылась, и на крыльцо вышел невысокий несколько располневший мужчина лет сорока в темном костюме и белой рубашке без галстука. Он был непропорционально широк в плечах, нетороплив в движениях, за которыми угадывалась большая физическая сила. На круглом лоснящемся лице сверкали хитрые маленькие черные глаза. Глаза эти, несмотря на растянутые в улыбке губы оставались колючими и настороженными.