Ключ к лучшей жизни

Следующий шкаф, состоящий из трех полок, наполнен книгами о жизни Христа. Это лишь крошечная часть тех томов, которые я прочитал за десять лет, пока проводил исследования для книги “Полномочия Мессии”. Это самая трудная из моих книг. Я навсегда останусь благодарен “Юнайтед Пресс Интернешнл” за хвалебные слова в отзыве: “Один из новейших и наиболее оригинальных подходов к душе христианства, появившихся за последнее время”

В этих двух книжных шкафах в углу, вместе с другими вещами, когда-то хранились оригиналы всех моих рукописей; но с тех пор я поумнел, и теперь они лежат в сейфе. К подоконнику южной стены примыкает длинный низкий стол, на котором в данный момент стоит картонная коробка со старыми газетными вырезками и статьями про меня, предназначенная для отправки в гараж. Здесь есть глобус с подсветкой, который мне иногда нравится включать, два маленьких пейзажа маслом, написанных моими друзьями, нераспечатанный долгоиграющий альбом “Шестидесятые — я могу слышать их сейчас” в обработке Уолтера Кронкайта, несколько увеличенных снимков Мэтта и его отца на поле для гольфа, цветная фотография моего брата Сильвио в мундире, подписанная “Огу, моему лучшему старшему офицеру”, большая Библия и несколько кассет, присланных коллегами-ораторами для критических отзывов.

На этой же стене рядом с окном висит фотография: я и команда моего бомбардировщика Б-24 перед началом германской кампании 1943 года, совершившая тридцать боевых вылетов. Далее следует мое свидетельство о присвоении чина старшего лейтенанта; трехмерная репродукция “Мольбы” Дюрера; большой серебряный свиток, нуждающийся в полировке, с выгравированным посвящением Огу Мандино от клуба торговли и управления Гвадалахары; подлинная фотография с автографом Чарльза Линдберга, моего первого героя, запечатленного рядом со своим самолетом “Дух Сент-Луиса”; рамка с каллиграфическим древним пергаментом “Молитвы торговца” из моей книги “Величайший торговец в мире”.

Нет, я пока что не имею компьютера. На этой пишущей машинке IBM урожая 1965 года, примостившейся на откидной полке возле стола, были напечатаны все тринадцать моих книг, хотя первый черновик “Величайшего торговца” был выполнен на портативной “Оливетти”, пока мы не накопили деньги на подержанную модель “Селектрик”.

На моем - рабочем столе стоит необрамленная копия картины “Иисус” кисти Ральфа Пеллета Колмана. Это подарок, полученный почти пятнадцать лет назад от капеллана Скотсдейлского мемориального госпиталя. Заметьте, что Иисус сидит, положив сцепленные руки на стол, словно Он — председатель собрания, призывающий участников к порядку. Я часто пишу по ночам, с десяти вечера до рассвета, и вот уже много лет после окончания работы я всегда прикасался к лицу Христа и шептал: “Спокойной ночи, Босс” перед тем, как выключить свет.

К стене над моим столом скотчем прикреплена полоска фотографий Мэтта и Дэна, позирующих перед камерой в юном возрасте; моментальный снимок Дэна со своей прелестной женой Кэрол и их детьми, Даниэллой и Райаном, которых я обожаю; роскошная разноцветная мексиканская банкнота достоинством в один песо, которая теперь стоит 1/2500 доллара; благодарственное письмо от Мэтта, адресованное нам, когда он переехал в общежитие университета штата Аризона, и- письмо от Бетти, которое я нашел как-то утром на своей пишущей машинке после нескольких томительных суток бесплодных бдений над новой книгой. Конечно, вы можете прочитать его; она не возражает.

18.01.80

Привет!

Я люблю тебя!

Не впадай в уныние. Вчерашний день был всего лишь Его способом сказать тебе, что Он хочет от тебя чего-то иного.

Расслабься и постарайся успокоиться. Он снабдит тебя картой с самым четким маршрутом. Ты — не единственная из Его проблем.

Храни веру... и Он вскоре вернется к тебе. Он никогда не подводил нас раньше, так не сомневайся же в Нем и теперь.

Пусть у тебя сегодня будет удачный день.

Твоя Бетти.

С такой поддержкой трудно потерпеть неудачу, верно?