Князь Александр Невский

Один за другим князья входили в просторную палату и степенно усаживались на расставленные вдоль стен скамьи. Посреди палаты выделялся стол. Накрыт он был, правду сказать, небогато: все без исключения земли русских князей остались разорены и разграблены. Но всё-таки стол удалось сделать праздничным. Медовая брага и хлебное вино, караваи, только из печи, рыба жареная и печёная, сушёные фрукты, мёд, немного дичи. Вокруг стола тоже стояли скамьи, но никто не спешил садиться за трапезу.

Пир предстоял по случаю избрания великого князя владимирского, и ему надлежало сначала держать речь перед другими князьями.

Князь Ярослав Всеволодович, за последние годы посуровевший, будто бы даже постаревший, но по-прежнему могучий и величавый, встал со своего места и взглядом обвёл собравшихся. Среди князей действительно был его сын, новгородский князь Александр. Едва заметная улыбка мелькнула на губах Ярослава: он не мог не радоваться, видя, что его юный сын – уже мужчина. За прошедшие пару лет, ставших такими страшными для Руси, молодой князь выдержал немало новых испытаний.

Видя, что все молчат, ожидая, пока он заговорит, Ярослав Всеволодович начал свою речь:

– Здравы будьте, братья во Христе и по крови! Собрались мы здесь, во граде Владимире, чтобы думу думать, как Отечество наше, разорённое и поруганное, из пепла поднимать, как жизнь вернуть ему.

Слава Богу, приехали сюда все князья русские, кто избежал гибели в кровавых сечах с погаными. Вижу князей из Суздаля и Ярославля, из Углича-града, из Ростова, Костромы и Переславля. Из Новгорода, до коего Божиим чудом безбожный хан Батый со своей ордой не дошёл.

Князья слушали Ярослава с напряжённым вниманием. Все взгляды обращены к нему. Он же, заранее продумав, что будет говорить, тем не менее начал немного волноваться. Однако, справившись с этим волнением, продолжал:

– Вы, братья-князья, на общем собрании доверили мне стать великим князем владимирским, а значит, готовы объединяться под моим началом. Объединиться же нам нужно непременно, потому что страшное нашествие Батыево оставило землю нашу истерзанной, разорённой и обескровленной. И всё же Русь не повержена! Мы показали врагам наше мужество, нашу стойкость, наше воинское искусство. Настало время показать им наше единство. Потому что только разобщённость, рознь, что царят порой меж нами, братья, даёт нашим врагам преимущество! Забудем ныне о розни! Нам нужно отстраивать наши города, возрождать поруганные и разграбленные храмы, строить новые дома взамен сожжённых. И мы это всё сделаем!

Среди собравшихся поднялся одобрительный гул, князья переглядывались, обмениваясь кивками, а иные даже улыбками, явно довольные сказанным.

– Не погибнет Русь, покуда есть у неё такие защитники, как славный Рюрикович, наш могучий Ярослав Всеволодович! – воскликнул кто-то из собравшихся. Одобрительный гул нарастал.

Но Ярослав поднял руку, призывая дослушать его, и проговорил:

– Некоторые уделы остались без правителя, потому что князья и их родня там погибли, были убиты… Нужно восстановить там правление. Прошу на престол суздальский брата моего Святослава, а на престол стародубский – другого брата моего, Ивана.

Оба князя согласно поклонились старшему брату. Впрочем, тот и другой заранее получили от Ярослава письма, в которых он сообщил о намерении предложить им новые уделы, и они согласились.

– В Новгороде, – продолжает Ярослав, – уже княжит мой сын Александр, и новгородцы прислали сказать, что правлением его довольны. В прочих уделах, думаю, найдётся, кому быть призванным ко княжению. А если нет, я сам решу, что с ними делать. Спасибо вам за помощь и понимание, любезные братья! Сейчас мы воссядем за стол и поднимем чары за то, чтобы Русь наша жила и восставала из пепла! Садитесь!

Князья не заставили себя ждать. Они дружно окружили накрытый стол. Вскоре наполнились чаши. Князья поднимали их, пили и, выпив, каждый осенялся крестом.

Среди общего оживления князь Александр Ярославич незаметно подсел к отцу, заняв место Ивана Всеволодовича, отошедшего к другому концу стола и затеявшего беседу с кем-то из князей.

– И что же, князь-батюшка? – шепнул Александр. – С Божией помощью много доброго уже нами сделано. Можно ли теперь уже свадьбу сыграть?

Ярослав, засмеявшись, одной рукой обнял сына:

– Прости, Саша, прости! Долго тебя ждать заставил. Но теперь самое время.

– Благословляешь, стало быть? – невольно расцветая, с трудом пряча счастливую улыбку, спросил Александр.

– Благословляю, сыне!

В голосе Ярослава тоже слышалась радость.

Глава 7«Венчается раб Божий…»

Над градом Торопцом волнами лился колокольный звон.

Звонили колокола на колокольне собора Святого Георгия.

Всё видимое пространство перед храмом было заполнено людьми.

На ступенях храма рука об руку стояли князь Александр и княжна Александра. Позади – напряжённые от волнения родители жениха и невесты.

Ярослав Всеволодович выступил вперёд, так, чтобы стать перед женихом и невестой, и те, не разжимая соединённых рук, опустились на колени.