Книга Государя

Затем выяснится, что некоторым из них народ был враг, а другие, пользуясь народным расположением, не сумели обезопасить себя от знати. Без этих ошибок не лишаются государств, которые жизненно настолько сильны, что могут выставить в поле войска. У Филиппа Македонского – не отца Александра, а у того, кто был побежден Титом Квинкцием[137], – владения были невелики сравнительно с могуществом напавших на него римлян и Греции, но так как это был человек войны, умевший поддержать бодрость в народе и обезопасить себя от знати, то он выдерживал борьбу целый ряд лет, и если потерял в конце концов несколько городов, то все же царство у него осталось. Итак, пусть наши правители, много лет властвовавшие в своих княжествах, обвиняют за утрату их не судьбу, а свою неумелость; в спокойные времена им никогда в голову не приходило, что обстоятельства могут измениться (это общий недостаток людей – в ясную погоду забывать о буре), когда же наступили времена тяжкие, они думали о бегстве, а не о защите, и надеялись, что народы, возмущенные наглостью победителей, призовут их обратно. Этот выход хорош, если нет других, но очень плохо упустить из-за него все прочие средства. Ведь никому не вздумалось бы упасть в надежде, что кто-нибудь тебя поднимет. Так не бывает, а если и бывает, тo в этом нет для тебя безопасности, потому что подобная защита недостойна и от тебя не зависит; хороша, надежна, крепка только та помощь, которая зависит от тебя и от твоей собственной силы.

Глава ХХVЧто значит в человеческих делах судьба и как с ней можно бороться