Книга Кагала: Всемирный еврейский вопрос

Решение бет-дина обязательно для сторон, и неподчиняющийся ему подвергается наказаниям, о которых будет сказано ниже.

Для полного представления о еврейском суде нам необходимо остановиться на вопросе о еврейской присяге.

Талмуд делит присягу на 3 разряда: 1) Шебуа-деэрайта, т. е. присяга, которая назначается на основании закона Моисея; 2) Шебуа-гесет, т. е. присяга, назначаемая на основании Талмуда и 3) Сетам-херем, т. е. допрашивание подсудимого под херемом[288].

Надо заметить, что евреи вообще имеют замечательно высокое понятие о присяге, налагаемой судом еврейским, и особенно питают глубокий страх и уважение к присягам первых двух родов. Всеобщее уважение евреев к этим присягам так высоко, что субъект, не исполнивший раз присягу, даже будучи в остальном чист и совестлив, сильно роняет себя в глазах общества; после этого он обыкновенно лишается общего доверия и на него смотрят как на погибшего. В виду этого, вынужденный неизбежными обстоятельствами дать присягу, еврей старается сделать ее формальной, что вполне достигается благодаря тем существующим у евреев индульгенциям, которыми уничтожается всякая присяга, обет, клятва и т. п.

Индульгенции эти суть:

а) Коль-Нидре. Судный день, или день очищения — самый важный и самый торжественный праздник у евреев. Открытие этого праздника, совершающееся накануне вечером и составляющее самый торжественный его момент, состоит в чтении параграфов индульгенции «Коль-Нидре», которою представители общины, со свитками Пятикнижия в руках, разрешают [отменяют] евреям от имени Бога все их присяги, клятвы, обеты и т. п., как прошлого, так и будущего года.

б) Гофорат-Недорим. Это индульгенция, к которой еврей может прибегнуть сам лично, независимо от общей индульгенции, для очищения совести от присяг, клятв и т. п. В таком случае, по его просьбе, три еврея, безразлично кто бы они ни были, садятся и образуют бет-дин (суд). Перед этим судом желающий очистить свою совесть читает формулу «Гофорат-Недорим», которой он отказывается от всех данных им присяг, клятв, и т. п. и просит о снятии с него их обязательной силы; повторившему чтение три раза суд трижды отвечает: «Разрешено тебе и дело кончено».

в) Мессират-Медоа уничтожает присягу предварительно ее исполнения, этот акт уничтожает силу даже письменных документов. Он состоит в следующем: чтобы, например, развод, который еврей намерен дать своей жене, или запись для обеспечения той или другой сделки, или присяга, которую он намерен принести, не имели для него ни малейшей обязательной силы, до совершения акта или до дачи присяги, еврей говорит двум свидетелям, что присяга, разводная или запись, которую ему предстоит дать, будет фиктивной, маневром, вызванным обстоятельствами. В силу этого предварительного заявления, в силу этой «Мессират-Медоа» еврей уже смело, без зазрения совести, дает ложную присягу.

В своей судебной практике бет-дин, когда ему случается привести еврея к присяге, имея в виду существующие индульгенции, приходит в смущение от трудности обеспечить за евреем верность присяги и поэтому предварительно требует исполнения ее, чтобы он формально и торжественно уничтожил, отрекся от всех родов индульгенций, к которым он прибегнет, а может, и прибегнул уже в подрыв присяге[289]. Затем сама присяга обставляется по возможности более торжественно. Присяга приносится в день чтения Пятикнижия (гакнесиа), до молитвы «Ашре-ува-лецион» (т. е. сразу после чтения Пятикнижия, до молитвы, читаемой в будни при исходе утреннего богомоления), со свитком Пятикнижия в руках, в талете (саване), тефилине (филактерии) и кителе (смертной рубахе)[290].

Эта торжественная предосторожность, указывающая на степень боязни даже со стороны еврейского национального суда, решение которого обязательно для еврея наравне со всеми религиозными актами, пред разрушительной силой индульгенций, должна иметь чрезвычайно важное и поучительное значение для иноверческого законодателя.