Книжка для раков. Книжка для муравьев (сборник)

Ко всем компаниям людей он испытывал огромное отвращение, но все же он не был без общества. Золотые и серебряные человечки, которых он хранил в своем сундуке, служили ему наиприятнейшим развлечением, и ничто не услаждало его больше, чем мысль, что он каждый день может общаться с самыми влиятельными персонами, а это общение не стоит ему и пфеннига.

Радости, проистекающие из религии, он допускал к своему сердцу из опасения, что они могут ему помешать наслаждаться более сладкими для него радостями. Время, которое должен был проводить в церкви, он тратил на составление новых проектов, как получить деньги, а его духовный отец заметил, что часто при отпущении грехов тот загибал пальцы, то есть, по всей вероятности, делал подсчет.

Так и ушел Готфрид из мира, будучи владельцем семидесяти тысяч талеров. Хотя он не отведал ничего из того, что услаждает других людей, и ни радости природы, и ни радости религии не сумели проникнуть в его сердце – зато он был владельцем семидесяти тысяч талеров.

Как сделать детей безразличными к правильным наставлениям

Беспрестанно читай им нравоучения об их обязанностях!

Если госпожа Урсула находилась в обществе своих детей, то единственное, что она делала, – их поучала. «Много и многому помогает, – имела она обыкновение говорить, – моим детям не должно недоставать хороших наставлений». «Ну, Корделия! Будь сегодня паинькой! Не реви, не ссорься! Если сестра или брат тебя обидит, то ты просто мне об этом скажи. Если в дом придут чужие люди, то ты должна сделать красивый поклон и поцеловать руку. И сколько раз тебе говорить, чтобы ты не бегала вокруг меня на улице! Берегись! Берегись! Как-нибудь я по тебе так пройдусь, что тебе это не понравится. Ты ведь знаешь, что я не отказываю тебе в радости, ты можешь ходить по улице, если тебе это нравится, только ты не должна быть все время на улице. Вынь палец из рта! Фу! Так делают крестьянские девушки. И за столом веди себя прилично. Смотри не испачкай милый костюмчик, который я на тебя надела! И не набивай так рот. Можешь есть медленно, никто ничего у тебя не отнимет. Не надо приходить ко мне, как вчера, и говорить: «Мясо! Суп!» Ты ведь можешь сказать: «Милый папа!» или «Милая мама! Не будете ли вы так добры и не дадите ли мне немного мяса или супа!» Вот так хорошо, так ведут себя милые дети. Если затем придут чужие люди, а ты будешь такой воспитанной, то они похвалят тебя и скажут: «Не правда ли, Корделия – очень воспитанная барышня». Как ты стоишь? Ты что, не можешь держать голову прямо? Как я. А дурацким манерам ты учишься у служанки. И ты это знаешь, ты не должна больше заходить к ней в комнату, ни разу (здесь она ударила кулаком по столу), я это тебе говорю! А то из тебя как раз и выйдет такая Кете, как эта прислуга. Мать может охрипнуть от крика, а с тебя как с гуся вода. Грязное белье ты еще не унесла, не так ли? Я не успокоюсь до тех пор, пока не наведу порядок!» (Снова удар по столу.)

Это кусок из проповеди, которую госпожа Урсула по нескольку раз за день имеет обыкновение читать своим детям.

Замечено, что если человек очень часто принимает сильнодействующее лекарство, то постепенно это может привести к тому, что оно вообще перестает оказывать какое-либо действие.

Так случилось и с проповедями этой доброй женщины. В конце концов дети настолько к ним привыкли, что они производили на них столь же мало впечатления, как беседы, которые мама иной раз вела со своей собачкой.

* * *

Еще несколько универсальных способов привить детям всякого рода пороки

I

Как можно чаще демонстрируй им недостатки, которые ты хочешь привить!

1. Однажды господин Роберт пригласил пообедать нескольких посторонних людей и разрешил своим детям составить им компанию за столом. Но они стали вести себя так, что общество было крайне недовольно ими.

Едва они сели, как Христоф начал.

Христоф. Что за чушь! Тут нет моего ножа. Не так ли, Каспар? Это ты его куда-то засунул?

Каспар. Заткни глотку, болван! На черта мне твой нож?

Христоф. Ну, конечно! Это ты взял его.

Каспар. Мама! Христоф говорит, что я взял его нож.

Мама. Тихо, тихо, дети! Вот, Христоф, тебе другой нож.

Христоф. Ну, вот еще. Живодерным ножом я жрать тоже не буду.

Каспар. Ну, а это что за дела? Этот дурак Христоф бросил мой хлеб под стол!

Мама. Он ведь сделал это не специально. Христоф! Подними его.

Христоф. Да этот живодер, гнусный пес, держит его уже в своей пасти.

Гости переглянулись и выражением лица довольно ясно дали друг другу понять о своем неудовольствии.