Когда Бог был женщиной. Как древнейшая религия Богини сменилась патриархальной верой в богов-мужчин

В большинстве археологических текстов женская религия именуется «культом плодородия» – что, скорее, говорит об отношении к сексуальности различных современных религий, которые могли повлиять на их авторов. Однако археологические и мифологические свидетельства почитания женского божества как Создательницы мира, законодательницы, пророчицы, вершительницы человеческих судеб, изобретательницы, целительницы, охотницы и отважной предводительницы в битвах наводят на мысль, что «культ плодородия» может быть чрезмерным упрощением куда более сложной богословской структуры.

Обратив более пристальное внимание на семантику, лингвистический подтекст и оттенки смысла, я заметила, что само слово «культ», неявно подразумевающее нечто менее утонченное или цивилизованное, чем «религия», почти всегда прилагалось к поклонению женским божествам – причем не служителями Церкви, а якобы «объективными» археологами и историками. Вместе с тем ритуалы, связанные с иудеохристианским Яхве (Иеговой), всегда уважительно описывались теми же самыми учеными как «религия». Увидев, что слова «Бог» и даже «Он» каждый раз старательно пишутся с заглавной буквы, в то время как «царица неба», «богиня» и «она» – чаще всего со строчной, я решила попробовать сделать наоборот, наблюдая за тем, как эти, казалось бы, незначительные изменения подсознательно влияют на смысл текста, а также на его эмоциональное восприятие.

В описаниях давно погребенных под землей городов и храмов ученые мужи нередко отзывались о сексуально активной Богине как о «порочной», «нестерпимо агрессивной» или «до неприличия аморальной», в то время как поступки божеств мужского пола, насиловавших или соблазнявших легендарных смертных женщин или нимф, воспринимались как обычные «шалости» или даже удостаивались похвалы как проявление «мужской силы». Откровенно сексуальная природа Богини в сочетании с Ее святостью и недосягаемостью так озадачила одного ученого, что он, в конце концов, остановился на малопонятном титуле «Девы-Блудницы». Женщин, следовавших древним сексуальным обычаям религии Богини и именуемых на их собственном языке «посвященными» или «отделенными», нередко клеймили как «ритуальных проституток». Такой выбор слов еще раз свидетельствует об этноцентричной этике, вероятно, основанной на библейских подходах. Тем не менее само использование термина «проститутка» применительно к женщинам, которые на самом деле были известны как qadesh

, то есть «посвященные», отражает полное непонимание этими авторами той самой общественной и богословской структуры, которую они пытались охарактеризовать и объяснить.

Описания женского божества как Создательницы Вселенной, изобретательницы или носительницы культуры часто удостаивались всего одной-двух строчек, если упоминались вообще. Ученые очень скоро сочли эти аспекты женского божества не заслуживающими обсуждения. И несмотря на то, что Богиня в большинстве исторических документов Ближнего Востока именовалась Царицей Неба, некоторые авторы желали знать Ее лишь как извечную «Мать-Землю».

Женское божество, почитаемое как воительница или охотница, отважная в битве и ловкая в стрельбе из лука, иногда описывалось как обладающее «на удивление мужскими» качествами, подразумевая, что Ее сила и доблесть делали Ее чем-то из ряда вон выходящим или даже физиологически ненормальным. Йоханнес Маринджер, профессор доисторической археологии, отверг идею о том, что черепа оленей были охотничьими трофеями одного из палеолитических племен. Причина? Их нашли в могиле женщины. Он пишет: «Обнаруженный здесь скелет принадлежал женщине – обстоятельство, которое как будто исключает возможность того, что черепа и рога оленей были охотничьими трофеями». Неужели эти авторы судят о физической природе первобытных женщин по хрупким, гибким образцам современной западной моды?

Жрицы Богини, которые давали мудрые советы и изрекали пророчества в Ее святилищах, считались подходящими для этой роли, потому что, как женщины, отличались большей «интуитивностью» и «эмоциональностью» – а значит, служили идеальными посредницами для божественного откровения. При этом те же самые авторы обычно игнорировали политическую значимость данных советов или возможность того, что этих женщин действительно могли уважать за их мудрость и познания и допускать на очень важные посты советников. Как ни странно, ни эмоциональные качества, ни интуиция никогда не упоминались в связи с мужчинами-пророками Яхве. Герхард фон Рад однажды заметил, что «склонность к темным астрологическим культам всегда проявляли именно женщины».