«Когда мы были на войне…» Эссе и статьи о стихах, песнях, прозе и кино Великой Победы

Конечно, эпохальным центром произведения Бондарчука стала Бородинская битва. Статистика свидетельствует, что в массовке, изображавшей две огромные армии, было занято 15 тыс. человек, у каждого из них было оружие, исторический костюм. На старой Смоленской дороге были сооружены Семёновская деревня и укрепления. На саму баталию было потрачено 23 тонны взрывчатки и 40 000 литров керосина.

Следствием мирового триумфа «Войны и мира» стала работа Бондарчука над международным фильмом «Ватерлоо» (1970), по предложению итальянского продюсера Дино Де Лаурентиса.

Памятен нам и фильм Бондарчука по любимой им чеховской повести «Степь» (1978). Тут впору вспомнить его самохарактеристичную реплику «Я человек степной, свободный». А вот экранизация революционного пафоса, по двум репортажным книгам американца Джона Рида «Восставшая Мексика» и «10 дней, которые потрясли мир», — «Красные колокола» (1982), хоть и была отмечена множеством политически ангажированных наград, прошла мимо сознания советского зрителя. Кто знает, может, эта эпопея еще окажется востребованной?

Я бы не отнес к удачам экранизацию Бондарчуком трагедии Пушкина «Борис Годунов» (1986, по одноименной драме А. С. Пушкина, совместно с Чехословакией, при участии Западного Берлина и Польши), хотя тема, вроде бы, «бондарчуковская», масштабная — русская смута начала XVII в. Некоторое, скажем мягко, «непопадание», бросается в глаза в первых же кадрах фильма, становящихся настройкой на всю ленту: звуковое сопровождение даёт «эпохальный» вороний грай, а в кадре мы видим узнаваемые чёрные силуэты вспугнутых для съемки над Собором Василия Блаженного… голубей.

Над тяготением Бондарчука к эпопеям подшучивали. Рассказывают, что когда он в частной беседе раздумчиво высказался, что хотел бы снять лирическую тихую картину, где в кадре сидели бы и беседовали двое, из соседней комнаты Никита Михалков воскликнул: «…а за окном чтобы проходила танковая дивизия!» Надо сказать, что сам иронист впоследствии не избегнул танков, в частности, в собственном фильме «Утомлённые солнцем». К чести Н. Михалкова надо отметить, что он единственный, кто поддержал седовласого мастера на V съезде Союза кинематографистов (1986), когда Бондарчука буквально согнали с трибуны коллеги, обуреваемые ложно понятой «свободой» и «новизной перемен», и всегда в новейшие межеумочные времена продолжал подчёркивать свой пиетет к творчеству С. Ф. Бондарчука, называл его великим режиссером, а Ирине Скобцевой вручил престижную кинематографическую премию «Золотой орёл» — за вклад в отечественный кинематограф. Эта награда справедлива и как приношение памяти её выдающегося супруга.

Однако тяга к созданию эпопей привела Сергея Бондарчука в конце жизни к тому, что он фактически стал жертвой продюсерского западного кинематографа. Заключив в начале 1990-х с итальянской компанией контракт на совместную экранизацию романа Шолохова «Тихий Дон», в результате чего на главные роли были приглашены актеры Руперт Эверетт, Дэльфин Форрест, Бен Газзарра и Мюррей Абрахам, Наталья Андрейченко, к апрелю 1993 г. режиссёр отснял весь материал и собрался приступать к монтажу, но начались 19-месячные переговоры с продюсером; а 20 октября 1994 г. режиссёр скончался. После чуть ли не десятилетних переговоров права на фильм были выкуплены Россией в 2005 г. Над монтажом авторской версии работал сын Сергея Фёдоровича — Фёдор Сергеевич, человек всячески одарённый, но говорить о его позорном, даже и нерусском, но кассовом блокбастере «Сталинград» (2013) совсем не хочется.

И все же, судим мы художников не по фактам личной биографии, не по неудачам, а по вершинным достижениям. А в этом смысле Сергею Федоровичу Бондарчуку, уроженцу южнорусской причерноморской степи, есть что представить на самый взыскательный суд отечественной кинематографической истории.

2010

Чистое небо Григория Чухрая

«За первый мой самостоятельный фильм, „Сорок первый“, меня отдавали под суд. За „Балладу о солдате“ исключали из партии, за „Чистое небо“ пытались посадить за решетку, за „Трясину“ чуть не разогнали руководство студии, а меня хотели лишить права на профессию. Я никому не жаловался, никого не просил о помощи. Я боролся. И так получалось, что многие люди приходили мне на помощь. Мои фильмы получили десятки престижных призов на международных фестивалях, а за „Балладу о солдате“ я получил Ленинскую премию. Но сегодня радует меня не это. Меня радует, что снятые 30–40 лет назад, они до сих пор не сходят с экранов. Сотни других фильмов уже давно умерли, а мои еще смотрятся и волнуют зрителя».

Так утверждал знаменитый на весь мир советский кинорежиссёр Григорий Чухрай. И неслучайно единственный фильм, который он упоминает в этой реплике, именно «Баллада о солдате» — одна из наших главных кинолент о Великой войне.

Родился будущий режиссер 23 мая 1921 г. в городе Мелитополе Днепропетровской области (в наши дни — Запорожской), в семье военнослужащего Наума Зиновьевича Рубанова и Клавдии Петровны Чухрай.