Когда терпение лопнуло

– Игорь всем занимался, – спокойно отозвалась Рита. Она просто отвечала на вопрос, подсознание лихорадочно искало безопасное место, чтобы одуматься, прийти в себя, и не было сейчас для нее такого места во всем мире. Только ржущая в ванной Светка и этот коридор с новенькими обоями, еще запах клея не выветрился. Вот почему Игорь так спешно ремонт тогда затеял, квартиру к продаже готовили. А эти самые обои на ее деньги куплены, она сама притащила их из магазина, и не только обои, и плитка, и еще много чего. А Игорь потому и не работал, ведь она его содержала: жил на всем готовом, и деньги были, так зачем убиваться? А сейчас квартиру продадут, денег еще больше будет. Просто сказка, Игорь в шоколаде, а она где? Это место в приличном обществе вслух не принято называть.

– Извини, но мне тебя не жалко, – Светка показалась из ванной, вся красная, растрепанная, точно после душа, – дураков учат. Короче, хату мы продаем, ты с братцем моим сама разбирайся. У тебя неделя, чтобы съехать. Будь здорова.

Светка подтянула джинсы, одернула куртку и ушла, из подъезда донесся звонок телефона и Светкин голос, потом стало тихо. Рита постояла еще немного, неторопливо прошлась по квартире. Игоря нет, понятное дело, но компьютер включен, кругом неизменный бардак и грязная посуда, а на подоконнике рядом с цветущей белой фиалкой стоит пачка пельменей, они давно разморозились, содержимое пакета превратилось в кашу. Рита столкнула ее на пол, бросилась в комнату и принялась собирать свои вещи. На чемодане еще оставалась наклейка со штрих-кодом аэропорта Шарль-де-Голля, Рита наспех затолкала все самое необходимое, без чего не могла обойтись. Вызвала такси и вышла на площадку.

– Снова в отпуск уезжаешь? – прошелестели из-за соседней двери. Бледная старуха подглядывала в щель за цепочкой, белые до прозрачности пальцы дрожали на старой обивке. Рита кивнула и потащила чемодан вниз, вышла под дождь. Такси не было, хоть приложение пообещало его приезд через минуту. Две, три, пять – машины не было, Рита уже всерьез собиралась идти пешком, когда заметила обещанный «рено» у первого подъезда. Помахала – толку ноль, такси стояло там же, в прямой видимости, и водитель ее отлично видел. Поморгал фарами, но с места не тронулся, пришлось искать в сумку телефон, звонить.

– Чего? – недовольно раздалось из трубки. – Я уже пятнадцать минут жду.

– Вы можете подъехать? – попросила Рита. – У меня вещи тяжелые.

– Вы подъезд не указали, – отрезал водитель, – сами идите, я догадываться не нанимался.

Пришлось топать вдоль дома под дождем, лавировать между куч грязи на дороге. Водитель открыл багажник, но и пальцем не шевельнул, чтобы помочь Рите погрузить чемодан. Она кое-как запихнула тяжеленную ношу, перепачкавшись в грязи, вытерла руки платком. Потом зашвырнула ключ от поганой квартиры в середину лужи, села рядом с водителем и поехала к матери.

Благо, было недалеко, четыре с половиной километра, если верить навигатору, ровно десять минут по часам, а заплатила будто по вип-тарифу. Водитель подождал пока Рита вытащит чемодан и поспешно смылся, оставив ее перед старой пятиэтажкой. Поднялась на крыльцо, потянулась к домофону, и только сейчас сообразила, что матери может и не быть дома, а ключей нет. Пришлось снова доставать телефон, искать номер, звонить.

– Чего тебе? – раздался недовольный родной голос. – Ты знаешь, сколько времени? Я уже почти сплю.

– Мам, открой, я приехала.

Голос сорвался, Рита прикусила губу. Сил осталось только держать телефон, она всерьез опасалась, что чемодан придется оставить внизу и забрать его потом, когда-нибудь, в другой раз.

– Куда приехала? – злилась мать. – Зачем?

– К тебе, – кое-как проговорила Рита. – Открой, пожалуйста. Я тут внизу.

Набрала номер квартиры и нажала кнопку вызова на панели домофона. Раздались мелодичные гудки, а в телефоне послышались наоборот, прерывистые.

– Кошмар какой-то, – пробормотала мать, судя по голосу, она растерялась. – ну ладно, заходи. Ты одна? – спохватилась она, и домофон запищал, дверь открылась.

«Я одна», – Рита сунула телефон в карман плаща и потащила чемодан на четвертый этаж.

Дверь справа была уже приоткрыта, на темный пол лестничной площадки падала полоса яркого света. Колесики у чемодана подозрительно хрустнули, Рита подняла, его ввалилась в квартиру. Раздался тихий треск – это чемодан впечатался в старый шкаф, стоявший впритирку к входной двери. Он уже лет десять как тут мешался, старый, мощный, натурально-деревянный, покрытый желтым лаком, громоздился почти под потолок. Проходить в квартиру требовалось только боком и никак иначе, дабы не потревожить древнего монстра, но за четыре года Рита успела забыть некоторые правила и немедленно поплатилась.

– Осторожно! – мать в толстом халате, вся растрепанная, выскочила из кухни. – Он бабушкин! Корова, не поцарапай дверку!