Когда терпение лопнуло

«Убью? Съем и расстреляю?», – Рита мысленно перебирала варианты расправы. Соловьева в темпе дожевала батончик и кинулась к двери, Рита едва успела выскочить и спрятаться за Иркин стол. Бомбу пронесло мимо, к шипам прилипли листы и фантики от конфет. Анька вскочила, но Соловьева уже вылетела в дверь, загрохотала по коридору.

– Звучит песня «Дорожная», – Юлька достала шприц и маленький термометр, разложила на салфетке перед собой, прицелилась сломать ампулу. – Анька, окно открой, воняет чем-то.

– Ты прямо как беременная, – фыркнула Ирка. Анька вжала голову в плечи и не шевелилась, даже не дышала, похоже. Юлька перекрестилась, задрала водолазку и всадила иглу себе в живот. Рита вышла в коридор, на ходу набрала номер. Раздалось бойкое приветствие и стандартное «чем я могу вам помочь?».

– Мне деньги нужны, – сказала вполголоса, отойдя за фикус у последнего окна.

– Сколько, какие? – невозмутимо поинтересовались с той стороны.

– Купюры по пять тысяч, по две, по одной. Каждого номинала по сто штук.

Говорила тихо, стараясь не привлекать внимания коллег. Впрочем, тем было все равно: фикус считался отличным местом для конфиденциальных переговоров и решения личных проблем по телефону, место редко пустовало и все, понимая, что тут решаются важные вопросы жизни и смерти, старались побыстрее проскочить мимо.

– Сколько ждать? – Рита отошла к подоконнику, надеясь, что тонкие ветки ее прикроют: по коридору чесала Соловьева: судя по ее виду, бомбу перевели на боевой взвод, и сейчас тут будет очень грязно.

– Изготовление минут сорок, – голос из бойкого стал деловитым, – но у нас, возможно, есть в наличии часть. Эти купюры часто заказывают для розыгрышей или на свадьбу, молодых осыпать, так что в полчаса уложимся. Платить как будете?

– Наличными. Я приду к половине второго.

Соловьева уже пропала из виду, Рита выждала еще немного и пошла в кабинет. «Бомба» торчала в проходе, багровая, потная, «гнездо» сползло на затылок, надо лбом открылась неожиданная лысина. Анька с гордым видом посматривала на остальных: Ирка с Юлькой стояли у своих столов и смотрели кто в окно, кто на стену.

– Где ты шляешься в рабочее время? – Соловьева увидела Риту. – Тебе премия не нужна, смотрю? Почему отсутствуешь на рабочем месте, почему подсовываешь мне эту чушь?

Перед лицом быстро-быстро замаячили листы с исчерканными таблицами. Рита отмахнулась и села на свое место. Соловьева подлетела, врезала пачкой листов по краю стола.

– Я пошла проверить твои цифры, у меня ничего не сошлось, ни один показатель! Я выглядела перед Тарновским как дура по твоей милости? Ты это нарочно?

Она аж подпрыгивала на месте, подавилась конфетой, закашлялась, тошно завоняло патокой.

– Почему «как», – в пространство пробормотала Юлька. Анька быстро глянула на нее и улыбнулась в неохватную соловьевскую спину.

– Ты подставить меня решила, дрянь такая? – у «бомбы» сорвало тормоза, Соловьева выронила распечатки и вцепилась в край стола. Анька кинулась подбирать документы, Рита на всякий случай отъехала к стенке: стол из хилой фанеры, долго не выдержит, а бежать некуда.

– Тарновский отчитал меня как девчонку, – ревела Соловьева, – заявил, что я некомпетентная и неграмотная, раз не могу обосновать сумму транзакций за период. Я что, должна копаться в этих ваших бумажках?..

– Да, – сказала Рита, в упор глядя на Соловьеву. – Да, должны. Если хотите сделать верный отчет, отражающий истинное положение дел по инцидентам за период, то данные берутся именно из отчетов, что я и делаю каждый месяц…

Стол поехал вперед, Рита едва успела выставить руки перед собой. «Бомба» распухла на глазах, точно липкая игрушка – ее кидают о стенку, и она стекает бесформенным комком.

– Я одиннадцать лет на руководящей должности, – Соловьева придерживала «гнездо» рукой, – по-твоему, я не знаю, как делается аналитика? Ах ты хамло, я тебя выкину отсюда по несоответствию занимаемой должности! Лучше сама «по собственному» пиши, сейчас же!

На стол упал скомканный фантик, покатился к Рите. Она щелчком отбила его, да так, что комок угодил в могучий соловьевский бюст, срикошетил и свалился обратно. Ирка фыркнула и отвернулась, Анька замерла с бумагами в руках.

– Хрен тебе, а не заявление, – Рита рывком выровняла стол. Острый угол врезался в соловьевскую конечность, «бомба» отскочила. – увольняй по итогам аттестации. Собери комиссию, проведи, оцени мои знания и квалификацию. Оценивать как будешь, сама? А если я встречные вопросы задавать буду, расскажешь мне, как отчет делать?

Рита отшвырнула фантик на пол и принялась наводить на столе порядок. Ирка посылала ей воздушные поцелуи, Юлька с двух рук то делала «козу», то, опять же с двух рук, древний непристойный жест в сторону соловьевской задницы. Анька чуть не плакала, с неприкрытым страхом озиралась, точно не знала, куда бежать. Соловьева вернула «гнездо» на макушку, уползла в кабинет и закрылась там. Ирка с Юлькой наперегонки бросились к Рите.

– Умница, лапочка, красотка, так ее, – Юлька на радостях перемазала Риту помадой, – ты ее сделала!