Кокаиновые короли

Синглтон ехал по оживленной части округа. Позади оставались небоскребы Майами, а впереди виднелись малоэтажные домики пригорода юго-западной части округа Дейд. Синглтону было чуть за тридцать. Он был длинным, как жердь, обладателем заметных, вытянутых вверх, как у эльфа, ушей. В отделе убийств Синглтон проработал всего около года. До прихода в полицию он служил в морской пехоте и только-только начал осваиваться на новой работе. Одет он был в костюм-тройку синего цвета из тонкой ткани – только так можно выдержать июльскую жару Майами.

Никто в полиции не имел точного представления, почему разгорелась кокаиновая война у них в городе, а уж Синглтон и подавно. Одни считали, что причина была в переделе рынка между колумбийцами. Другие думали, что убийства совершали не только колумбийцы, но и кубинцы, стремясь убрать друг друга с рынка. Многие годы сохранялся баланс сил между посредниками с Кубы и поставщиками из Колумбии. Колумбийцы покупали листья коки в Боливии и Перу, перерабатывали их в дурманящий порошок у себя на родине и отправляли товар дальше на север, перекупщикам. Но затем колумбийцы решили избавиться от посредников и в 1976 году сами начали толкать наркоту в Майами. Долгое время колумбийские торговцы уверенно продвигали свой бизнес по всему штату из района улицы Джексон-Хайтс в Квинсе, где они плотно осели. Более двадцати тысяч нелегалов потоком хлынули из Колумбии. И всего за три года практически всю наркоторговлю в Майами стали держать четыре или пять колумбийских группировок.

Контролировать ситуацию к концу 1970-х стало совсем трудно. Вкусы американцев изменились, марихуана уступила место кокаину, возросший спрос вызвал резкий скачок цен: в Майами 1 килограмм (2,2 фунта) кокаина еще год назад стоил 34 000 долларов, теперь же – 51 000. А товар все везли и везли в Америку непрерывным потоком. Полуостров Флорида с береговой линией длиной почти в 13 тысяч километров стал сущим раем для контрабандистов.

В 1979 году Майами процветал. Штат гудел, как огромный улей, банки буквально ломились от отмытых денег, латиноамериканцы зачастили в ночные клубы, где их поджидали конкуренты с пистолетами в карманах. Казалось, что сам воздух накалился до предела, достаточно искры – и грохнет взрыв.

«ПЕРЕСТРЕЛКА в КОКАИНОВОЙ РЕЗЕРВАЦИИ» – гласил очередной заголовок на первой полосе газеты, которую Эл Синглтон читал в те выходные. «Майами Геральд»[3] часто описывала серии убийств, связанных с наркотиками, шокируя подробностями местных жителей. По части устранения неугодных колумбийцы были весьма кровожадны и дерзки: запихивали тела в картонные коробки и бросали в болота Эверглейдс, оставляли трупы у отделений неотложной помощи, заворачивали в пленку и опускали в каналы в Корал-Гейблз, расстреливали врагов прямо в машинах в разгар дневных пробок. «Ну чисто Дикий Запад», – поражался федеральный прокурор. «Как в Чикаго в 1920-х годах», – сравнивал окружной коронер. Морг Дейда был под завязку набит трупами. «Округ Смерти» – так тогда называли этот район. «Колумбийцы – как одноразовая посуда, – говорил коронер. – Попользовались да выбросили». В полиции строили мрачные предположения: «Неизвестно, сколько народа еще завалят».

Причины разборок были самыми разными. Кто-то влип из-за огромных долгов. Иные, наоборот, сами были кредиторами, а у их должников чесались руки расквитаться раньше, чем доберутся до них самих. Мертвые уже не могли выдать секреты, но живых, которых полицейским иногда все же удавалось прижать, разговорить не получалось. Поддельные паспорта были у всех, у кого-то даже фамилии не было, только имя. Чаще всего – Хорхе. Чтобы хоть как-то установить личность, копы начали собирать «библиотеку лиц» – фотографии неопознанных трупов колумбийцев с мест преступлений.

Распространенным способом решать проблемы стал пистолет-пулемет «Ингрэм МАК-10» – черная компактная машина для убийств, которая запросто пробивала своими большими пулями 45-го калибра кузов любого автомобиля, выплевывая тысячу выстрелов за минуту. Копы нарекли его «измельчителем из Майами».

Именно он чаще всего фигурировал в самых известных наркоперестрелках, которые Элу Синглтону и другим оперативникам иногда удавалось раскрыть. За три месяца до «Дейдленда» лысый мужчина высунулся из черной «ауди 5000» и выпустил очередь из MАК-10 с глушителем в белый «понтиак Гран При». Последний преследовал «ауди» почти шестнадцать километров по шоссе Флорида, а пассажиры обеих машин бодро перестреливались прямо на трассе средь бела дня. Когда они, наконец, остановились, лысый выпрыгнул из ауди, спрятался за бетонным столбом и продолжил палить по пассажирам из «Гран При». Те открыли ответный огонь, который прошелся прямо над проезжающей мимо машиной с подростками. Удивительно, но случайных жертв в этот раз не было.