Коктейль Молотова для сына (СИ)

— Лёша, есть базовые вещи, — принялась объяснять Ольга. — Вот, к примеру, организация службы в войсковой части основана на общевойсковом уставе. А устав написан на основе того, что было известно ещё в древнем Риме. Так что ничто не ново под Луной. А раз мы реконструируем войсковую часть, то надо исходить из того, что главная задача любого войска — охрана самое себя. Короче — первым делом строим периметр и ставим охрану.

— И как это делать? Там же существуют какие-то правила, нормативы?

— Лёха, у тебя отец в ЧОПе работает, — подсказал Иван. — Спроси у него.

— Точно! — согласился Лёха. — Ну и работёнка! Лучше бы я три сессии подряд сдал! А вот интересно, почему этому всему не учат в универе?

— В универе учат академическим вещам, чистой науке, — ответила Светка. — А это суровая проза жизни, до неё все сами доходят.

— То есть вот так бросили в пучину жизни, если выплывет — станет специалистом, а если не выплывет?

— Да ладно, сейчас времена вегетарианские! — успокоила его Ольга. — Это при Сталине несправившихся расстреливали. Берут рядового инженера, и ставят директором завода. Поднял завод — дают «Героя», не поднял — на Колыму или к стенке. И берут следующего инженера. А при позднем социализме не справился человек — его на другую должность переводят. От этого всё и развалилось.

— Ну извини! — возмутился Лёха. — Что-то слишком высокие ставки! Может, если я буду знать, что в случае неудачи меня шлёпнут, я в это дело и ввязываться не стану.

— Ничего, на твоё место придут другие, — ответила Ольга. — Кто посмелее и поамбициознее.

— Но надо же ещё и что-то делать уметь! — возразил Лёха.

— Да ладно тебе! — не согласился Иван. — Главное — отчитаться. Ну там поляну начальству накрыть, баньку истопить. Вписаться в систему.

— Дерьмо какое! — возмутился Лёха.

— Лёша, народ тебя выбрал председателем, — Иван кивнул на девчонок. — Так сказать — оказал тебе доверие. Так что давай теперь оправдывай!

— Ах так! — разозлился Лёха. — Типа я буду за всё отвечающий, а ты будешь пиво жрать?! Знаешь, я как-то начинаю думать, что репрессии имели основания!

— Точно! — воскликнула Светка. — Это же фактически реконструкция в полном смысле этого слова. Не как вы там по лесам в камуфляже бегаете и друг друга краской пачкаете.

Она кивнула на Ольгу, намекая на игру в пенйтбол.

— А здесь всё по-настоящему.

— Там тоже всё по-настоящему, — возразил Иван, и потёр колено, которое всё ещё болело.

— Ну тогда иди вместо Лёхи с ЧОПом договаривайся, с жадными электриками, с Пиночетом — главой местной администрации…

— Чего ты на меня орёшь? — перебил Светку Иван. — Каждый должен своим делом заниматься.

— Скажи честно — не умеешь?

— Не умею, — согласился с ней Иван. — И что?

— А то, что если выбирать между тем, кто попробовал и не справился, и тем, кто ничего не умеет, я бы выбрала того, у кого уже есть хоть какой-то опыт. По крайней мере, он уже знает, как не надо делать.

— Да ладно, успокойся! — сказала Светке Ольга. — Никто на твоего Лёшку не наезжает.

6

Мать на его расспросы отреагировала кисло.

— Лёша, уже поздно. Давай в другой раз.

— Мам, в другой раз ты будешь на работе. Или устанешь. Или ещё что-нибудь. Ну что тебе трудно подсказать, как это всё делается?

— Да, трудно, — согласилась мать. — То, что ты спрашиваешь, называется «ведение хозяйственной деятельности». Для этого мозги должны быть повёрнуты определённым образом.

— А как?

— Есть наёмные работники, а есть руководители. Вот то, что ты спрашиваешь — это повседневная работа руководителя.

— Получается — есть пролетарии, а есть эксплуататоры? Так, что ли?

Мать глянула на часы — половина одиннадцатого. На кухню заглянул отец.

— Чего спать не ложитесь?

Мария кивнула на Лёшку.

— Твой ребёнок вырос и начал задавать вопросы.

— Где лежат деньги? — засмеялся отец.

— Почти, — в ответ улыбнулась мать.

— Ну чего вы смеётесь? — обиделся на родителей Лёха. — Вот вы это всё знаете, а мне приходится самому до всего доходить!

— Мы тоже сами доходили, — успокоила его мать. — Это как на велосипеде кататься — нельзя научить, можно только самому научиться.

— Так начальники — это эксплуататоры или как? — Лёха продолжил свои расспросы.

— Кто же тебе так мозги засрал? — удивился отец.

— Алексей, погоди, — остановила его Мария. — Лучше чайник поставь. Кажется, спать сегодня не придётся.

Лёха смотрел исподлобья и молчал. Похоже, от него что-то скрывали. Три года учился в универе, а выяснилось, что ничего и не знает.

— Давай рассмотрим это в другом контексте, — стала объяснять Мария. — Наёмный работник продаёт работодателю своё рабочее время. А руководитель получает деньги за то, что решает проблемы. Поэтому у него рабочий день ненормированный, то есть 24 часа в сутки. Вот мне сейчас позвонят и скажут — на работе лопнула труба. Я встану и поеду на работу. Решать проблему. А наёмный работник скажет — я приду завтра к 9 часам, когда у меня начнётся рабочий день. Увидел разницу?

— То есть наёмного работника эксплуатируют 8 часов, а руководителя — круглосуточно?