– Представляешь, мы сегодня зашли в Блок 4. Разрезали гермодверь и зашли. Там нет воды, вообще сухо. Всё сохранилось таким, как было 40 лет назад. Я думаю, что когда делали консервацию, задействовали несколько углекислотных огнетушителей, чтобы была более нейтральная атмосфера и избыточное давление не давало поступать воде. Мы обошли в четвёртом блоке все помещения, но машину времени не нашли. В других блоках её не может быть, только в четвёртом. Неужели её разобрали? Ковалёв сказал, что всё законсервировали. А там ничего нет. Неужели всё это было зря?!
Вид у него был такой убитый, что Марии стало жалко сына.
– Не расстраивайся! – стала утешать она. – Может, там остались какие-то чертежи, документация, по которой можно всё восстановить.
– Нет, там только какие-то второстепенные бумаги и газеты, – возразил Лёха. – Вот смотри, Светка всё подряд снимала.
Он подключил к компу флешку и открыл фотки. Мария задумчиво смотрела на предметы, выхваченные вспышкой из многолетней тьмы. Действительно, тут всё сохранилось гораздо лучше, чем в их вычислительном центре. Письменные столы, наглядная агитация на стенах, разбросанные бумаги – как будто из этих кабинетов только вчера вышли.
– А это что? – она ткнула пальцем в экран, на котором было изображение телефонной будки, ярко освещённой вспышкой на тёмном фоне.
– Это самое последнее помещение. На табличке написано «Аппаратная». Там всё забито каким-то старым хламом, ещё какая-то электрическая подстанция в углу.
– Ещё фотографии этой комнаты есть?
– Да сколько угодно! Светка только успевала на кнопку нажимать.
Мария листала фотографии вперёд, потом возвращалась к уже просмотренным, увеличивала снимки, пытаясь рассмотреть какие-то детали.
– А ты знаешь – это и есть машина времени, – наконец сказала она.
– И телефонная будка тоже? – удивился Лёха.
– Я помню, что переход во времени был из какой-то кабины. Я заходила внутрь, за мной закрывали дверь. Внутри горел яркий свет, а вокруг было темно, только светились приборы. Значит, стенки у кабины были прозрачные. Да, это было похоже на телефонную будку. Но тогда всё было больше, просторнее, новее, красивее.
– Так сколько лет с тех пор прошло!
– Да, это машина времени, – уверенно заявила Мария.
– А как она управляется? – спросил Лёха.
– Вот это я тебе не скажу. Я там в другом качестве присутствовала. Можно даже сказать – в качестве подопытной крысы. Наверное, лучше было бы спросить у Лёши Ковалёва.
С трудом дождавшись утра, Лёха на одной из первых электричек отправился в Чехов. Светка, разумеется, увязалась за ним. Ковалёв долго рассматривал снимки, затем грустно вздохнул и сказал:
– Как вчера всё было. А про машину времени я точно не скажу, когда она ещё работала – меня к ней не подпускали. Как я понял, это был действующий макет, то есть за красотой не гнались, работает – и ладно. А вот как работает – это я не знаю. И документации не осталось, она вся под гифом была, когда часть закрывали – всё сожгли.
– То есть надежды нет? – печально спросил Лёха.
– Тебе знаешь кого надо найти? – вспомнил Ковалёв. – Был в отделе математиков такой лейтенант Макаровский, двухгодичник. Совершенно не военный человек, мог на развод с зонтиком прийти. Но соображал здорово! Это он понял, что первый раз Машка оказалась в 43-м году, а потом придумал, как её назад вернуть. Ему даже хотели орден за это дать, но как его увидели, то за его чмошный вид чуть выговор не объявили. Вот он у математиков в отделе был. А потом он как-то попал на опытную установку – это машину времени так называли, и всё – подписка на 50 лет. Так особист вообще настоял, чтобы его ещё на пять лет оставили служить, из-за секретности. А сам он откуда-то из Москвы. Так что поищи – лейтенант Макаровский.
– Наверное, уже капитан? – предположил Лёха.
– Нет! – засмеялся Ковалёв. – Вечный лейтенант! Я же говорю – глубоко штатский человек. Начальника отдела, полковника, при всех по имени-отчеству называл!
Глава 11
По распоряжению «председателя Лёхи» помещение с надписью «Аппаратная» заперли и опечатали. Рабочие пока приводили в порядок другие помещения. Денег от продажи останков больших ЭВМ пока хватало, поэтому Лёха не торопился связываться с Нечаевым. Да и сам Андрей Николаевич не спешил выходить на связь. У Ольги и Ивана была летняя сессия. Поэтому поисками лейтенанта Макаровского Лёха со Светкой занимались вдвоём.
Проблема была в том, что никаких других сведений о Макаровском не было. Светка подошла к этому делу обстоятельно – составила список всех Макаровских, каких только смогла обнаружить в столице. Лёха засомневался:
– Если он двухгодичник, то в 1968-м ему было лет 25. Значит, сейчас ему за 70. Может, его уже и в живых нет. Или переехал в другой город.
Но Светка продолжала методично обрабатывать свой список. Наконец он сократился до пары десятков строк, и тогда Светка приступила к прямому обзвону. На втором десятке обзваниваемых удача ей улыбнулась.
– Как вы сказали? – переспросил бодрый старческий голос. – Чехов-33? А почему вы интересуетесь?
Светка сразу решила зайти с козырей.