Коллекционер жизней. Джорджо Вазари и изобретение искусства

«Мой досточтимый дон Винченцо,

я писал тебе о Перудже, что панели доставлены, и их нетрудно было повесить, потому что со мной были маэстро Бернардо и Якопино. Оказалось очень красиво, и аббат Перуджи уже, наверное, написал тебе об этом, потому что они испускают особый свет, и получилось лучше, чем в трапезной монастыря в Ареццо. Он организовал мне заказ от гильдии купцов на алтарь для Сан-Лоренцо в Перудже, их главной церкви. Они десять лет хотели дать этот заказ Тициану, Сальвиати и другим мастерам. В результате, увидев мою работу, они сделали выбор. Картина тоже будет на холсте, как и эта последняя работа. Вот и всё, что можно сделать еще в Перудже.

Я очень обязан господину аббату дону Якопо Деи, и он мне очень понравился. В самом деле, он мне так понравился, что я даже решил над внутренней дверью в трапезную, которая не расписана, поместить картину, чтобы украсить пустое место, и это будет явление Христа апостолам. Тот момент, где святой Петр предлагает рыбу и соты, потому что из всех историй о Христе именно в этой есть и еда, и упоминание святого Петра (которому посвящено было аббатство). Твоя милость увидит отца настоятеля, когда он будет проезжать через Флоренцию, и тогда ты поймешь, как я порадовал его, даже если не говорить о картине: провел небольшой ремонт, подновил кладку и сделал еще кое-что для этого монастыря. И он большой твой почитатель.

После еще трех дней, проведенных в Перудже из-за этого дождя, мы наконец уехали, хотя мне и не хотелось. Я поехал через Ассизи, Фолиньо и Сполето, где снова пошел посмотреть на капеллу Фра Филиппо в соборе; она прекрасна. Он был великим человеком. Мы прибыли в Рим на Страстную пятницу. Я отправился на Квиринал, встретиться с доном Теофилио. Он так хорошо меня принял, что я до сих пор не верю, что я не дома, и жизнь моя так улучшилась, что римляне и художники говорят, что я не постарел с тех пор, как был здесь последний раз… Они все, конечно, одрябли.

Воздух здесь разъедает мрамор и преждевременно состаривает картины. Подумай только, что он делает с людьми, которые тяжело работают здесь всё время. Вот доказательство: я встретил Даниеле да Вольтерра, который через четыре дня после этого скончался. Как говорят, от гнева, что его [бронзовая] лошадь плохо получилась с первого раза и ее надо было заново отливать. Она по-прежнему там в слепке, как мастер ее оставил, да помилует его Господь. Я возьму несколько работ да Вольтерра от людей в его мастерской, чтобы написать его биографию и добавить в книгу его портрет[321].

Я получил твое первое и второе письмо и расписку на сто золотых скуди от Монтагути. Если им надо, я ее обналичу, но не думаю, что они об этом попросят.

Мне очень понравился театр, — ты знаешь, я всегда рад, когда играют представление. Поговорил об этом обстоятельно с Никколо дель Неро.

С мессером Аннибале Каро я сделаю всё, что скажешь. Пока что я его еще не видел, но я никого не видел. Я забочусь о душе на святой неделе.

Весь праздник я хочу чем-то заниматься. А потом отправлюсь в Лорето. Если за это время Твоя милость захочет написать мне, то шли мне письма в Болонью, синьору Просперо Фонтана, художнику, который живет в Виначчи. Шли мне письма почтой, так я их буду тут же получать, и если у меня там что-нибудь закончится, я смогу быстро заказать.

Если дон Сильвано уже приехал, пожалуйста, сообщи ему, что „Жизнеописания“ продвигаются и что я приложу к ним письмо для него. Мой [брат] cер Пьеро может ему передать, или Твоя Милость может, если работа не застопорится. Все те письма, которые я ему шлю, пожалуйста, отдавай cеру Пьеро, он или перешлет их в Ареццо, или отправит в нужное место.

Я здесь почти всё повидал. Некоторые художники мне понравились, некоторые не очень. Но из всех работ сегодняшних мастеров, начиная от Сальвиати, мне ничего не нравится. И всё же они на хорошем счету. Но хватит об этом. У нас еще будет время для долгих споров. Теперь мне только остается прибавить мои наилучшие пожелания.

Рим, утро Пасхи 1566 года

Передавай привет Баттисте и серу Гостантино и другим друзьям.

P. S. Я встретился с Аннибале Каро и сказал ему, что ты думаешь. Он любит тебя и сделает всё, что ты пожелаешь.

Остаюсь слугой Вашей милости,

Джорджо Вазари»[322]