Коллекционер жизней. Джорджо Вазари и изобретение искусства

«И вот, прибыв в Рим, Джорджо тотчас же разыскал Франческо, который, вне себя от радости, рассказал ему, какой он пользовался милостью у своего синьора, кардинала, и насколько занимаемое им место отвечало его желанию учиться, добавив: „Я не только наслаждаюсь настоящим, но и надеюсь на лучшее, ибо, помимо того, что я вижу в Риме тебя, с которым как с лучшим молодым другом я смогу изучать и обсуждать творения искусства, я к тому же надеюсь пойти на службу к кардиналу Ипполито деи Медичи, от щедрот которого и от милости папы я смогу рассчитывать на большее, чем то, что я имею сейчас, и я, конечно, это получу, если только не приедет некий юноша, который, находясь вдалеке, этого ждет“. Джорджо, хотя и знал, что ожидаемый юноша был не кто другой, как он сам, и что место это предназначалось ему, всё же не захотел раскрываться, так как в душу его закралось некоторое сомнение, не подвернулся ли кардиналу кто-нибудь еще, и так как он побоялся сказать такое, что потом могло обернуться совсем по-другому»[139].

Проводить время среди статуй и зданий Древнего Рима уже тогда считалось важной частью образования молодого художника и будет считаться еще много столетий. Даже когда в XIX веке самым притягательным местом в мире стал не Рим, а Париж, самой желанной наградой для любого художника оставалась Римская премия. На эту премию студент мог пожить в Риме, впитывая его волшебную творческую атмосферу.

Прогулки Вазари и Сальвиати по Риму напоминают прогулки Донателло и Брунеллески, во время которых они делали эскизы разрушенных зданий и античной скульптуры. Нетрудно представить себе двадцатишестилетнего Вазари сидящим у стен терм Каракаллы или у ободранных сводов Пантеона, с бумагой, развернутой на дощечке, и серебряным карандашом, зажатым между пальцами правой руки. Любовь к эскизам в Риме будет вдохновлять Вазари всю жизнь. Через пару лет, задержавшись в Риме, вместо того чтобы вернуться во Флоренцию, он написал своему тогдашнему покровителю Оттавиано Медичи:

«Я принял решение остаться среди этих камней, преображенных умелыми руками гениев, которые превратили их в подобие природы лучше, чем могла бы сделать сама Природа в своих попытках заставить их дышать и двигаться… Я скорее хотел бы умереть и быть похороненным в Риме, чем прожить жизнь в другом месте, где безделье, лень и инерция покрывают ржавчиной красоту талантов, которые могли бы быть чистыми и прекрасными, а вместо этого стали темными и мутными»[140].

Но уже через пять дней после приезда игра началась. Вазари и Сальвиати пришли в резиденцию кардинала Ипполито палаццо дель Те, и Джорджо достал свое рекомендательное письмо из Ареццо: