Компьютерра PDA N105 (02.04.2011-08.04.2011)

Технологическая цивилизация, существующая на третьей планете жёлтого карлика, стопроцентно порождена западной, иначе обзываемой иудео-христианской, культурой. Именно она раскатала циклическое время Традиции в линейное время Прогресса. Но иудео-христианская цивилизация стоит на фундаменте цивилизации античной, несмотря на бытовавшие между этими достойными сторонами распри. И до появления христианства, и после его оформления доходившие до смертоубийства ссоры между александрийскими греками и евреями были традиционнейшим - почище выступлений атлетов и актёрок - развлечением жителей эллинистической столицы. Рим сначала просто завоевал Иерусалим, а потом и разрушил, причём в условиях острого дефицита крестов для распятия восставших. Сожжение христиан и затравливание их африканскими зверями по зрелищности и посещаемости соперничало с выступлениями любимых мурмиллонов и ретиариев.

Но для распространения учения аврамических религий с их трансцендентным Богом римская военно-административная машина была необходимой. Pax Romana обеспечивал перемещение людей в пределах большей части Ойкумены, с минимумом препон. Иудеи селились в Риме ещё во времена Цицерона. Христианские проповедники бродили от черноморской Диоскуриады до древнего Тартесса в Испании.

Для усвоения учения аврамических религий жителями Ойкумены потребовалась машина. Машина культуры. Культуры греческой или, скорее, эллинистической. Эллинистической, поскольку язык Нового Завета - универсальный койне, а не более ранние диалекты, вроде аттического или ионийского. Эллинистической, ибо мудрость отдельных философских школ классической, полисной Греции была синтезирована в общую эллинскую учёность именно в этот период. И именно в нём был оформлен архетип двух столов, на которых функционировала машина эллинистической культуры.

Первый и, наверное, самый любимый стол - это греческий триклиний. Стол для возлежания втроём. (Это занятие не надо путать с Menage a trua легкомысленных галлов.) Нет, за греческим столом, с трёх сторон, возлежали солидные бородатые мужики. И не потому, что злоупотребили очищенной... Нет, пили мало, пили сухое вино, да и к тому же сильно разведённое водой. Это занятие, популярное среди буфетчиц пивбаров советской поры, входило в ритуал застолья. Аттическое или фалернское, предварительно перелитое в "парадную" амфору, украшенную росписью, подобающей глубоко гуманным нравам того времени (ахейский воин сбрасывает со стены Илиона троянского мальчика; ахейский воин закалывает троянского мальчика на глазах его матери; троянская мать пытается защитить ребёнка от ахейского воина), смешивалось с водой в специализированном сосуде-кратере, удостоенном вознесения в астрономическое небо в виде созвездия Чаши (Crater в международной номенклатуре). И закуска была скромна: хлеб, сыр, оливки. Немного рыбы и мяса. И - главное за столом: беседа, общение.

Классика! На амфоре герой Неоптолем забивает старца Приама тельцем его внука Астианакса, сына ранее убитого Гектора. И ещё говорят о распространении насилия в Сети?

Эллинская учёность приобретает общечеловеческое значение с Сократа (Гераклит нарочито тёмен, Пифагор старательно скрытен). Но Сократ не оставил ни одного письменного сочинения. Вся его научно-педагогическая деятельность происходила за столом. Здесь, посредством задаваемых вопросов и рассказанных баек, он искал мудрость для себя и преподавал её ближним.

Но мы знаем о Сократе благодаря рассказам его учеников. Великого философа и малоудачливого политконсультанта Платона. Афинского стратега, блестящего командира наёмников (в ходе Анабазиса сумел вывести десять тысяч своих бойцов из враждебных земель) и выдающегося историка Ксенофонта. По какой-то причине с демократией все вышепомянутые не дружили. Добрейшего Сократа афиняне отравили. Ксенофонт, определённый во "враги народа", понял, что мешканьем беды не избудешь, записался в бродяги, вышел на щебёнку и нашёл себе пристанище у спартанцев, чьи отряды умело водил против былых сограждан, заработав на ратном труде именьице у Скиллунта. Платон же вообще создал теорию идеально-иерархического общества. Но труды мудрецов более позднего, платоно-ксенофонтова поколения мудрецов протекали уже за другим столом, за письменным.

Архетип двух столов проходит через всю западную цивилизацию. Один - пиршественный, соединявший друзей для диалектической, направленной на отыскание истины беседы, другой - письменный, за которым знакомились с мудростью (и глупостью) других и записывали свои мысли. И частности тут не важны - римляне времён Республики и бородатых консулов сидели за квадратными столами-менсами, также удостоившимися места в астрономической номенклатуре в виде созвездия Южного неба Mensa (по-русски - СТОЛовая гора). Писать же могли на вощёных дощечках стилусом, кисточкой на папирусе... Читали же в тиши библиотеки или прокручиваемый папирус, или сшитый из тетрад (сложенных вчетверо листов) кодекс.