Королев. Главный конструктор

Конкретным реалистом был Клейменов, а не Королев. Реалист всегда живет настоящим, а не будущим. 30-е годы ХХ века тревожно сигнализировали о возможной войне и первоочередной необходимости оружия. В пользу реактивных пороховых снарядов через несколько лет высказалась «Катюша», созданная в 1941 году в НИИ-3 в ускоренные сроки благодаря научным разработкам И.П. Граве, Н.И. Тихомирова, В.А. Артемьева, Б.С. Петропавловского, Г.Э. Лангемака и в том числе сотрудников НИИ-3 И.И. Гвая, В.Н. Галковского, А.П. Павленко и других. Не разработчиком, но инициатором и руководителем создания «Катюши» станет инженер Костиков, который будет назначен заместителем нового директора института Слонимера.

Гирдовцы (с Королевым С.П.) на отдыхе. 1935 год

[Музей космонавтики]

Нельзя забывать, что первыми шагами к созданию «Катюши» – советского победоносного оружия залпового огня – послужили удачные опыты ракетчиков-первопроходцев Российской империи А.Д. Засядко и разработавшего ракетный станок залпового удара К.И. Константинова, а затем эксперименты военного инженера М.М. Поморцева в области ракет.

* * *

Несколько лет Клейменов провел в Германии, но мог не знать о секретных экспериментах немецких ракетчиков, использующих кислород в качестве окислителя, кислородное направление он прикрыл, видимо считая на тот момент неактуальным. А на одном из собраний Клейменов и Лангемак поставили вопрос о замораживании всех работ по бескрылым ракетам.

– Мы ограничены в средствах, – объяснил Иван Терентьевич, – должны выбирать, что для института важнее. Сворачиваем бескрылые.

Костиков, раздираемый противоречивыми чувствами: еще не разрушенным поклонением и зародившимся мучительным сомнением в достоинствах переметнувшегося к Глушко Королева, – все-таки не удержался от желания привлечь его внимание. Зная, что Сергей Павлович всегда занимался ракетопланом и крылатыми ракетами, 216-й и 212-й, активно поддержал предложение.

Его ждал неожиданный удар – выступил Королев:

– Необходимо в дальнейшем не прекращать исследования по бескрылым ракетам, так как нельзя отступать перед конструктивными неудачами! – сказал он. – Разумеется, я не за то, чтобы полностью оттеснять реактивные снаряды или ускорители для бомбардировщиков, я – за будущее бескрылых ракет, а не за механическое перенесение принципов ракетной техники в авиацию. Все трудности по отработке ракет преодолимы!

– Как всегда, предвидел на годы вперед, – скажет много лет спустя Тихонравов, вспоминая собрание.

– А вам, Сергей Павлович, лишь бы возразить руководству, – недовольно проворчал тогда Клейменов. – Повторяю, тема несвоевременная, сейчас нет у нас средств на многократную отработку ракет.

«За четыре года работы в РНИИ ни одна ракета Королева не была принята на вооружение, поскольку ни одна не летала надежно, – сокрушался Голованов. – Более того: ни на одной из своих ракет Королев даже не получил расчетных данных. Это – факты. До 1934 года молодой Сергей Королев шагал в ногу со временем. В РНИИ, почувствовав свою силу, 28-летний Королев пытается время обогнать». Исследователи отмечают: были перспективные проекты жидкостных ракет, в частности 212-й, и достаточно успешно велась очень важная работа по управлению крылатыми ракетами.

В 1965 году Сергей Павлович писал другому своему биографу, П. Асташенкову: «…в СССР много лет назад и раньше, чем за рубежом, занимались крылатыми ракетами». Асташенков позже отмечал, что «в работах отдела С. П. Королева по управлению и стабилизации полета крылатой ракеты» содержалось «много полезного и перспективного… Была даже предложена система самонаведения и заказано оборудование, необходимое для этого. Но, к сожалению, оно так и не поступило в РНИИ».

…Тухачевский перекинул письмо Королева начальнику Управления военных изобретений (УВИ) с просьбой разобраться, Управление – в бюро райкома партии. У Клейменова началась полоса неприятностей.

– Хорошо его отпетушили на бюро райкома! – сказал Королеву бывший парторг ГИРДа Корнеев.

– Но ведь не сняли.

– Я лично буду бороться с ним до победного конца! Мы в ГИРДе жили мечтами Цандера и Циолковского, а Клейменов упертый воентехник. Вы, Сергей Павлович, правы, – в глазах Корнеева мелькнул стальной отблеск, – он гробит институт!

* * *

Иван Терентьевич был человеком не мстительным, несмотря на то что после письма Королева на него обрушились выговоры и проработки, относился он и после этого к Сергею Павловичу неплохо, считал ведущим сотрудником, не искал намеренно в его работе недостатки, ценил его исследовательскую активность, сам же выдвинул Королева в профессора. И в ответ на запрос ВАК от 20 апреля 1937 года он подтвердит свое согласие на утверждение «тов. Королева С.П. в ученом звании профессора по специальности “крылатые и бескрылые ракеты”». Экспертная комиссия отклонила кандидатуру ввиду отсутствия у Сергея Павловича научных работ.