Читаем Короли комедии - Александр Демьяненко полностью

Капков Сергей

Короли комедии - Александр Демьяненко

Сергей Капков

Короли комедии. Александр Демьяненко

- До сих пор меня воспринимают как Шурика. Мне уже шестьдесят лет, а все равно - Шурик! А ведь я стал совсем другим человеком. По молодости, конечно, дико раздражался, испытывал массу неудобств, дискомфорт. А сейчас думаю: ну и ладно. Люди, видя меня, вспоминают любимые фильмы, улыбаются, а значит, чуточку улучшают свое настроение.

* * *

Этими словами заканчивалось интервью, которое я взял у своего самого любимого актера накануне его шестидесятилетия. Разговор получился коротким и грустным. Александр Сергеевич снимался в сериале "Клубничка", уставал и не очень стремился с кем-либо общаться. Рядом со съемочной площадкой ему поставили диван, на котором он отдыхал в перерывах и на котором давал интервью немногочисленным журналистам, сумевшим прорваться "на прием" к юбиляру.

* * *

- Александр Сергеевич, часто ли отказываетесь от предложений?

- Нет. С работой сейчас сложно. Мои коллеги по "Ленфильму" работают кто где: охранниками, гидами, в сфере питания... Так что тут не до отказов. Спасибо, подвернулась "Клубничка". Пусть не всегда она доставляет удовольствие, ведь и материал довольно сырой, и сроки кратчайшие... Но иногда увидишь, как на просмотре люди в аппаратной смеются, и начинаешь надеяться, что зрителям понравится.

* * *

Нет, на Шурика Александр Демьяненко уже не был похож совсем. Седой немногословный человек в затемненных очках мало чем напоминал энергичного студента-блондина из далеких 60-х. Шуриком его называли по старой памяти, по-товарищески, по-родному, как до старости обращаются к близким друзьям и соседям. А Демьяненко так и не успел побыть стариком. Он умер в шестьдесят два - остановилось сердце, не дотянув до операции всего лишь несколько дней.

Через полгода в возрасте девяносто одного года ушел из жизни его отец, Сергей Петрович. После смерти сына он как-то сразу сдал, стал много болеть, хотя все равно выглядел прекрасно.

Сергея Петровича Демьяненко в Свердловске знали многие, если не все. Выпускник ГИТИСа, он приехал в этот город в конце 20-х, после нескольких лет работы в знаменитой "Синей блузе". Сначала состоял в труппе Оперного театра, затем преподавал актерское мастерство в консерватории и почти до конца дней работал массовиком-затейником. Запросто мог организовать шоу с любым количеством людей - от десяти человек до целой площади. И под его руководством все пели, танцевали, читали стихи - в общем, делали все, что Сергей Петрович захочет.

О его необыкновенном таланте знал кинорежиссер Глеб Панфилов. Он даже пригласил Демьяненко-старшего сняться в эпизоде в картине "Начало". По сюжету, на сцену перед премьерой фильма о Жанне д'Арк выходил ведущий, общался с залом и представлял съемочную группу.

В Сергея Петровича постоянно влюблялись женщины. И он не мог не ответить взаимностью. После рождения старшего сына Саши он женился во второй раз. В этом браке родились сын Володя и дочь Надя. (Владимир сейчас работает импресарио у всемирно известного музыканта Юрия Башмета.) Спустя какое-то время Сергей Петрович вернулся в первую семью, и у Саши родились две родные сестры - Наталья и Татьяна. Все пятеро детей Сергея Петровича подружились и пронесли родственную любовь через всю жизнь.

Однако отец вновь не усидел на месте и создал третью семью. С Зоей Павловной он прожил до конца жизни.

Александр Сергеевич по-хорошему завидовал энергии отца, его фантастическому ощущению радости жизни. Он был совсем иным человеком. В отца пошел только Владимир - такой же контактный, раскованный человек. А Александр, как и сестры, был закрытым. И их отношения друг с другом носили очень интеллигентный, тактичный характер, без эмоций. "Если бы у меня был папин характер, я бы мог стать министром культуры. Правда, мне это не надо", - шутил Александр Сергеевич.

Зато от отца Саша унаследовал безграничную любовь к театру. Он ходил на все его спектакли, знал наизусть все оперы и даже однажды вышел на сцену. В опере Джакомо Пуччини "Тоска" есть эпизод: костел, выходят кардинал, священник и мальчик, который должен звонить в колокольчик. Когда начался спектакль и вышел кардинал, Саша обалдел от музыки, от великолепия, и вместо нескольких раз продолжал звонить, пока его не остановили. На этом карьера в Оперном театре была закончена.

Зато Сергей Петрович стал активно привлекать сына к массовым гуляниям в парках культуры, где блистательно организовывал всевозможные мероприятия. Кроме того, Александр начал посещать кружок художественной самодеятельности при Дворце культуры, где довольно успешно справлялся с самыми разными ролями.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука