Корона из перьев

В комнате присутствовали и другие люди, но до них Веронике во сне дела не было. Она напряженно, неотрывно смотрела на девушку, подмечая каждый ее вздох, малейшее движение. Выглядела она бледнее обычного и прижимала руку к животу, будто ее тошнило. Она то и дело бросала взгляд в угол комнаты, где у двери застыл стражник. Может, нервничала и его присутствие ободряло ее? Или же просто на глаз пыталась определить, далеко ли дверь – на случай, если придется бежать до ночной вазы.

Когда она убрала за ухо прядку волос – казалось бы, невинный жест, – от гнева кровь вскипела в жилах Вероники. Волосы были блестящие, прямые… и не заплетенные в косицы. Новая мода, догадалась Вероника, снова оглядывая собравшихся. Заметила, как разительно отличаются окружение девушки напротив и ее собственная свита.

Свита девушки носила мантии советников: провинциальных губернаторов и лордов. На груди у них были золотой нитью вышиты символы положения: весы – у министра правосудия, круги внахлест – у казначея. Еще несколько людей вроде принадлежало к военному сословию: короткие стрижки, прямая осанка и цветные ленты, обозначающие высокий ранг.

Окружение же Вероники во сне тоже занимало видные позиции, только другого рода. Все они были наездниками: в наручах и кожаных костюмах; в косах у них поблескивали обсидиановые бусы и яркие фениксовые перья.

Обе стороны еле сдерживали враждебность, и непонятно было, кто из них более грозен: и те и те имели под началом сильных опытных солдат, мужчин и женщин, однако наездники хороши верхом на фениксах, вооруженные луками и копьями. Здесь же, в затененной комнате, где подлинное оружие – воск и чернила, властвовали политики.

Сравнивая стороны в этом противостоянии, Вероника наконец поняла, где находится, и что все эти годы ей снилось: она в сердце империи, более шестнадцати лет назад, в Аура-Нове, и она – одна из двух принцесс, что боролись за трон в Войне крови.

Если девушка напротив – Ферония, окруженная членами совета, то Вероника поселилась в голове Авалькиры, сопровождаемой мятежными наездниками. Повисла гнетущая тишина: Вероника во сне перевернула перстень на пальце и припечатала им жирную каплю воска на исписанной чернилами бумаге. Ее движения были быстры, но Вероника ощутила дрожь в пальцах, когда Авалькира спешно и неуклюже подвинула документ на противоположный конец стола. Напряжение достигло пика, стоило Феронии взглянуть на советников – те кивнули – и разорвать документ надвое.