Короткий век Украинской Державы. 1917—1918. Воспоминания последнего в истории гетмана

Из крупных событий, которые врезались в мою память, – это было известие о смерти Александра II. Отец его очень любил и был взволнован этим известием, но на кого смерть императора произвела удручающее впечатление – это на Тараса. Он рыдал целый день, глядя на него, и я стал плакать, после долгих разговоров я выяснил причины рыданий Тараса: он себе вообразил, что со смертью Александра II будет снова введено крепостное право. Я хотя имел лишь смутное понятие, что такое крепостное право, на слово поверил ему и благодаря этому заплаканным явился на обед и на вопрос, почему я имею такой грустный и заплаканный вид, заявил, что это ужасно – снова будет крепостное право. После обеда отец и мать Тараса меня долго убеждали, что все это страхи, сплошной вздор; с грехом пополам мы оба успокоились, и жизнь наша вошла в нормальную колею.

В детстве я провел всего две зимы в Стародубе, а затем нас с братом отправляли в Стародуб лишь недели на три весной или осенью для держания экзаменов при Стародубской прогимназии. Наш приезд совпал с целым рядом там празднеств. К открытию конской выставки был дан моим отцом целый ряд обедов по случаю приезда губернатора князя Шаховского и губернского предводителя дворянства князя Долгорукова, кажется старшего брата князей Долгоруковых, сыгравших такую видную роль в российском кадетском движении. Все это меня очень интересовало, в особенности конская выставка.

Самое лучшее время нашего детства провел я в Волокитине Глуховского уезда Черниговской губернии, принадлежавшем деду моему с материнской стороны Андрею Михайловичу Миклашевскому. Имение это было универсалом Мазепы признано за предком моего деда стародубским полковником Михаилом Андреевичем Миклашевским. Я много ездил по Украине и нахожу, что в смысле месторасположения это было одно из наикрасивейших имений. Прекрасный просторный деревянный дом в стиле александровского Empire[44], с одной стороны лужайка, у лужайки знаменитая волокитинская церковь, вся внутренность которой была отделана волокитинским фарфором, и чудный вид на реку, пластичную реку Клевень, являющуюся границей между Украиной и Великороссией, на целый ряд сел и вдалеке на город Путивль. С другой стороны тоже очень большая лужайка, на которой росли несколько прекрасных экземпляров дубов, тополей и каштанов и два прелестных флигеля для гостей. В одном жила моя мать, в другом – во время своих редких приездов – мой дядя граф Алексей Олсуфьев.

За лужайкой против дома начиналась длинная липовая аллея, у конца которой дед выстроил прекрасные каменные ворота с большим въездом, что-то вроде средневекового стиля. Мы, дети, любили приезжать в Волокитино, так как встречались там с нашими двоюродными братьями Андреем и Василием Олсуфьевыми.

Владелец Волокитина мой дед Андрей Михайлович Миклашевский родился еще в конце XVIII века, был женат на Дарье Васильевне Олсуфьевой и умер 97 лет от роду в 1895 году. У него были две дочери: моя мать Мария, родилась в 1839 году 15 мая, умерла в Петербурге 23 ноября 1900 года, и Александра, вышедшая замуж за генерала графа Алексея Васильевича Олсуфьева. Она была статс-дама государынь императриц, умерла в Сан-Ремо в 1929 году. У Олсуфьевых было два сына, Андрей и Василий.