Кости: внутри и снаружи

Под этим названием в историю вошла бесчестная борьба двух гигантов палеонтологии – самовлюбленных, амбициозных, завистливых и богатых. Писатель Урл Ланэм весьма деликатно характеризует этих противников – Отниела Марша и Эдварда Копа:

На порядок выше заурядных злонамеренных сплетен стоит искренняя ненависть. Вероятно, она – одна из самых ценных сил, заставляющих человека мыслить продуктивно, быстро, точно, остро и оригинально. И Коп, и Марш в необычайно высокой степени пользовались преимуществами, которые давало им это чувство.

Ученые познакомились в 1863 году в Берлине. Сначала между ними установились дружеские отношения. Марш, выпускник Йельского университета, в Берлине продолжал свои исследования. В шестнадцать лет отец Копа перестал платить за обучение сына в школе, но к моменту их встречи Коп успел опубликовать тридцать семь научных статей – у Марша было всего две публикации. Коп – человек порывистый и импульсивный, Марш – спокойный и педантичный. Однако оба оказались склочниками: хозяйка, у которой жил Марш, признавалась, что встретиться с ним – все равно что «с разбегу напороться на вилы». Коп всю жизнь вел полевые работы в богатом окаменелостями районе между рекой Миссисипи и Скалистыми горами. Марш после четырех сезонов оставил это занятие и начал платить другим за то, чтобы образцы привозили ему прямо в Йельский университет. Он был кабинетным палеонтологом.

Коп был родом из богатого филадельфийского семейства, и солидное наследство позволяло ему оплачивать свои исследования. Марш вырос в бедной семье в Локпорте в штате Нью-Йорк и пользовался щедростью своего состоятельного дяди, Джорджа Пибоди, который был купцом, банкиром и, наконец, выдающимся филантропом. Сегодня имя Пибоди можно увидеть на вывесках образовательных и научных учреждений востока и юга Соединенных Штатов. Он финансировал и два объекта в Йельском университете – Музей естественной истории Пибоди и кафедру палеонтологии Пибоди. Последнюю и возглавил его племянник. И Марш, и Коп имели возможность вести обширную научную деятельность, поскольку были материально обеспечены, однако междоусобная борьба за кости закончилась для обоих финансовым крахом.

Первое время эти ведущие американские палеонтологи сотрудничали и даже назвали в честь друг друга открытые образцы. Конфликт вспыхнул, когда Коп узнал, что Марш подкупил его ассистентов и те отправляли найденные окаменелости не в Филадельфию, а в Йельский университет. В 1870 году вражда уже бушевала вовсю. Однажды Коп описал новую морскую рептилию и ошибочно поместил ее голову со стороны хвоста. Марш с удовольствием указал на этот промах. Коп попытался выкупить все экземпляры публикации, чтобы свести к минимуму ущерб, прежде чем он сможет исправить свою ошибку.

Отниел Марш (a) и Эдвард Коп (b), выдающиеся палеонтологи конца XIX века, испытывали сильнейшую неприязнь друг к другу – дело дошло до саботажа и сутяжничества. Марш (стоит в центре) даже вооружал своих ассистентов – по крайней мере, для этой фотографии (c)

Mathew Brady / Levin Corbin Handy, Library of Congress Prints and Photographs Division. Brady-Handy Photograph Collection,{{PD-US}} (a); Frederick Gutekunst, before 1897 (b); John Ostrom, 1872, Yale Peabody Museum of Natural History (c)

В то время залежи ископаемых останков в восточном Колорадо, Вайоминге, Канзасе, Небраске и на территории Дакоты еще только ждали первооткрывателей, и оба палеонтолога нанимали бригады землекопов, чтобы добыть кости и отправить их на восток США для изучения и классификации. Копу удалось описать пятьдесят шесть новых видов динозавров и вымерших млекопитающих, Маршу – восемьдесят. И тот и другой держали самые перспективные места раскопок в тайне и одновременно старались быть в курсе действий конкурента благодаря предателям, шпионам и двойным агентам, к услугам которых охотно прибегали. Иногда эти люди вели двойную игру и передавали «противнику» информацию и даже найденные ископаемые. Соседство с враждебными индейскими племенами лишь усиливало драматизм ситуации, в которой присутствовали мутные личности, воровство, кидание камней, взрывание раскопок динамитом и желание хвататься за пистолет по любому поводу. «Костяные войны» разгорелись не на шутку.