Крах Третьего рейха

Середина апреля 1945 года. Командование союзных войск внимательно следило за действиями своего восточного союзника, начавшего решающее наступление на столицу Третьего рейха — город Берлин. Американские штабные офицеры по несколько раз в день отмечали флажками рубежи, на которые выходили советские войска. «Коричневая зона» — неоккупированная территория Германии, сжимавшаяся под прессом с запада и востока, становилась все уже.

К этому времени войска союзников уже дошли до р. Эльбы, до границы своей зоны оккупации и остановились в ожидании подхода Красной Армии...

Во избежание каких-либо возможных недоразумений при встречах войск союзников с советскими частями на самом высоком уровне были согласованы меры по взаимному опознанию на поле боя. Общим сигналом взаимного опознания было решено иметь для советской стороны — красные сигнальные ракеты, для союзных войск — зеленые ракеты.

Другое предложение советской стороны было несколько необычным: пометить все танки обеих сторон белой краской. Вокруг башен советских танков предлагалось нанести одну белую полосу, а вокруг башен танков союзников  — две белых полосы. Сверху башни всех танков обеих сторон должны были быть помечены белыми крестами.

Эйзенхауэр в ответ на советское предложение выступил с инициативой не разрисовывать танки белой краской, а просто ознакомить войска с действующими опознавательными знаками союзников. Это, по трезвому рассуждению американского генерала, позволило бы избежать задержки в развитии наступления, вызванной необходимостью нанесения белых линий и крестов на боевые машины.

Советская сторона приняла точку зрения американцев.

В третьей декаде апреля волнительное ожидание встречи с советскими войсками достигло в американских войсках своей кульминации. Кто будет первым, увидевшим русских? Как произойдет первая встреча, уже названная журналистами «исторической»?

«Солдатский телеграф» в войсках союзников сообщал один за другим слухи на эту тему. То где-то в американскую радиосеть вклинивалась советская радиостанция. То вдруг пришло сообщение, что сержант из 6-й бронетанковой дивизии вступил в радиосвязь с русскими. 23 апреля из 69-й пехотной дивизии сообщили, что наблюдают советский танк с белой полосой вокруг башни. Однако вскоре пришел сигнал отбоя: «танк» оказался покрытым весенней травой холмиком земли, обвитым лентой из белого материала.

Подходящие колонны советских войск пытались засечь американские разведывательные самолеты, залетавшие глубоко к востоку от Эльбы. Легкий самолет-корректировщик 104-й пехотной дивизии вечером 23 апреля обнаружил колонну на марше и в полной уверенности, что встретил русских, посадил самолет. Однако это была немецкая часть, которая вместе с несколькими британскими военнопленными отступала на запад, чтобы сдаться союзникам.

Другой разведывательный самолет из той же 104-й пехотной дивизии залетел на 15 миль к востоку от Торгау  и наблюдал артиллерийскую дуэль между немецкими и советскими артбатареями. Когда он попытался сесть в расположении русских, неожиданный зенитный огонь заставил его ретироваться.

Как же состоялась историческая встреча на Эльбе? Об этом рассказывается в американских документах того времени.

Во второй половине дня 24 апреля командир 273-го пехотного полка полковник Чарльз Адамс решил выслать навстречу советским войскам разведгруппу во главе с первым лейтенантом Альбертом Котцебу из роты «G» (первый лейтенант — воинское звание в вооруженных силах США, соответствующее званию старшего лейтенанта в вооруженных силах других государств). Разведгруппа должна была выдвинуться в междуречье рек Мульдэ и Эльба и изучить обстановку. В район между этими двумя реками американские войска не вступали, так как считалось, что он должен быть оккупирован советскими войсками. Там, причем только в 5-мильной полосе, разрешалось вести лишь разведку. Американцы тогда еще не знали, что Красная Армия со своей стороны получила приказ дойти только до Эльбы и тоже не вступать в междуречье Эльбы и Мульдэ.

Во главе группы из 35 солдат на джипах Котцебу дошел до деревушки Кухрен, в 4 милях к востоку от реки Мульдэ. Там он нашел только нескольких раненых союзных военнопленных и сотни немцев, буквально жаждавших сдаться американцам.

Доложив обстановку по радио, Котцебу получил разрешение продвинуться еще на 3 мили, то есть выйти за пределы разрешенной для ведения разведки 5-мильной зоны. Однако и там американцы нашли только разрозненные группы немецких солдат. Котцебу вернулся на ночь в Кухрен, проигнорировав приказ о возвращении в полк.

Потеряв контакт с Котцебу, полковник Адамс принял решение утром 25 апреля выслать навстречу русским еще две разведгруппы. Ведение разведки им было приказано ограничить согласованной с советским командованием зоной в 5 миль.

Разведгруппа из состава взвода 273-го пехотного полка строго следовала указанию не выходить за 5-мильную границу.