Крах Третьего рейха

«...Движение частей 1-го Украинского фронта в полосе 8-й гвардейской армии объясняется стремлением первыми захватить район центральных учреждений Германии и овладеть рейхстагом. Это подтверждается показанием помощника начальника оперативного отдела 128-го стрелкового корпуса 28-й армии о том, что такое распоряжение командиром 128-го стрелкового корпуса было отдано командиру 61-й стрелковой дивизии».

Сам маршал И. Конев и его подчиненные совсем по-иному оценивали ситуацию, сложившуюся в действиях войск двух фронтов к 28 апреля. Вечером того же дня Конев от имени Военного совета 1-го Украинского фронта обратился к командующему войсками 1-го Белорусского фронта маршалу Г. Жукову:

«Войска армии т. Рыбалко и т. Лучинского сегодня 28 апреля 1945 года с боями правым флангом к Ангальтскому вокзалу (правая разграничительная линия фронта) уступом и левым флангом ведут бой за Вильмерсдорф, Халензее,

По донесению т. Рыбалко, армии т. Чуйкова и т. Катукова 1-го Белорусского фронта получили задачу наступать на северо-запад по южному берегу Ландвер-канала. Таким образом, они режут боевые порядки войск 1-го Украинского фронта, наступающих на север.

Прошу распоряжения изменить направление наступления армий т. Чуйкова и т. Катукова.

О Вашем решении прошу сообщить».

Доложив Верховному Главнокомандующему о сложившейся обстановке, Жуков просил Сталина разрешить эту проблему: установить разграничительную линию между фронтами в центре города или сменить части соседнего фронта в Берлине.

Жукова, конечно же, больше устраивал бы второй вариант — быть полным «хозяином» в столице рейха. Взять Берлин — это вопрос амбиций. Одно дело — делить славу с другими, и совсем другое — купаться в ее лучах самому...

Сталин понимал это как никто другой. Именно поэтому вечером 28 апреля он от имени Ставки ВГК разделил Берлин на две части:

«...С 24.00 28 апреля 1945 года установить следующую разграничительную линию в Берлине между 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами: до Мариендорф прежняя, затем ст. Темпельхоф, Виктор-Луизе плац, ст. Савиньи и далее по железной дороге до ст. Шарлоттенбург, ст. Весткройц, ст. Рулебен. Все пункты для 1-го Украинского фронта включительно».

По мере приближения к центру немецкой столицы полосы наступления соединений и частей сужались, сходясь в одну точку — к рейхстагу. Войска 8-й гвардейской армии и 1-й гвардейской танковой армии продвигались с юга, соединения 3-й ударной и 5-й ударной — с востока и севера, танкисты 2-й гвардейской танковой армии — с запада. С юго-запада к центру пробивались с боями войска 1-го Украинского фронта.

Вечером 28 апреля командующий 5-й ударной армией генерал Н. Берзарин потребовал подготовиться и провести на следующий день решительный штурм центральной части Берлина. Командарм приказал 29 апреля в течение получаса с 11.30 провести артподготовку и с 12.00 начать штурм.

Активные боевые действия вела в это время и 8-я гвардейская армия. Ее бойцы и командиры действовали геройски, выбивая противника из убежищ, туннелей, подвалов. В армейском политдонесении в политуправление фронта от 29 апреля приводится эпизод пленения 650 немецких военнослужащих из школы фаустников.

28 апреля 117-й гвардейский стрелковый полк 39-й гвардейской стрелковой дивизии штурмовал сильно укрепленный опорный пункт обороны противника. Немцы укрепились здесь основательно: система туннелей, трехэтажная система подвалов позволяли фашистам маневрировать силами и средствами, наносить удары и укрываться под землей.