Красный рынок. Как устроена торговля всем, из чего состоит человек

Клиника находится под подозрением уже два года, и Галина Ивановна готовится к худшему. Кажется, что она прямо-таки ожидает, что вот-вот к ней нагрянет полиция. И ждать ей оставалось недолго. Через три месяца после моего визита кипрская полиция действительно наведалась в Петру и обвинила сотрудников в нелегальной транспортировке человеческих яйцеклеток. На пресс-конференции в Никосии полицейские объяснили, что получили заявления от трех женщин, которых привезли из Украины для донорства яйцеклеток и нелегально заплатили им за услуги. Но официальной причиной закрытия клиники стало не это. По словам полиции, лицензия местных врачей распространялась лишь на лечение талассемии – заболевания крови, а не на сбор яйцеклеток.

После полицейского рейда Верлинский признался, что клиника Петра «должна была стать крупным центром лечения талассемии, но клиники того же профиля открылись в других местах, и спроса не было. Но мы поняли, что донорство яйцеклеток очень востребовано». В конце концов, нужно же было думать и о прибыли и оказывать те услуги, на которые есть спрос.

Однако оставался вопрос, почему, собственно, полиция все-таки решила провести рейд. В каком-то плане Петра являла собой идеальную цель. Она принадлежала иностранцам и проводила имплантацию яйцеклеток только тем, кто прилетел из-за границы. Ни донорами, ни реципиентами яйцеклеток местные жители стать здесь не могли. Экзотичность обвинений, в которых фигурировали несчастные бедные украинки, показала, что проблемы куда более серьезны, чем просто нарушение лицензии и проведение ЭКО вместо лечения талассемии. На повестке стояли вопросы, справедливо ли разделять вклад яйцеклеток, вводя его разным пациентам, и нужно ли вообще платить за части человеческого организма. Но преследование Петры за незаконный сбор яйцеклеток, а не за нарушение бюрократических процедур, поставило бы под угрозу другие клиники, принадлежащие уже киприотам и работающие по тому же бизнес-плану. Как верно указывала Галина Ивановна, проблема не ограничивается Петрой. Каждому эмбриологу в мире приходится решать для себя, где провести границу между компенсацией и оплатой. Если человеческое тело нельзя считать товаром, то где же клиникам брать сырье?

Как предполагает само слово «донор», в роли поставщика яйцеклеток должна прежде всего рассматриваться женщина, которая жертвует их в порядке альтруизма. Согласно законам ЕС, государства, являющиеся его членами, должны «принимать меры» по обеспечению добровольных и бесплатных пожертвований человеческих яйцеклеток, хотя допускается компенсация за неполученные в результате процедур доходы и дорожные расходы. Проблема, однако, по словам комиссара здравоохранения ЕС Андруллы Вассилиу, в том, «где государства – члены ЕС проводят границу между финансовой выгодой и компенсацией». Покупатели и поставщики легко справляются с этой софистикой. Специалист по биоэтике Гленн Макги пишет: «Взять котенка из приюта – и то сложнее, чем раздобыть человеческую яйцеклетку». Согласно исследованию, проведенному в 2010 году Европейским обществом по вопросам репродукции человека и эмбриологии, ежегодно европейцы, путешествующие для решения репродуктивных проблем, получают почти 25 тысяч вкладов яйцеклеток. Более 50 % опрошенных отправились за границу, чтобы обойти действующие в их странах законодательные требования. На Кипре примерно 76 тысяч женщин в возрасте от 18 до 30 лет имеют право быть донорами яйцеклеток. По оценкам доктора Трокудеса, ежегодно 1500 из них (то есть одна из пятидесяти) продают свои яйцеклетки. Это огромная цифра. Например, в Америке вклад яйцеклеток осуществляет лишь одна из 14 тысяч женщин, имеющих на это право.

Возможно, еще более тревожен тот факт, что большая часть доноров яйцеклеток на Кипре происходит из сравнительно небольшой прослойки бедных восточноевропейских мигранток, которые готовы продавать яйцеклетки почти за любые деньги. Хотя правительственной статистики по слоям населения, участвующим в донорстве яйцеклеток, нет, все клиники подчеркивают, что среди их доноров много женщин из Восточной Европы, которых, как правило, отличают светлая кожа и качественное образование, что делает их вклады более привлекательными для покупателей из Западной Европы. Из 30 тысяч россиянок, украинок, молдаванок и румынок, живущих на острове, свои яйцеклетки продавало, по некоторым оценкам, до четверти.

Среди объявлений о работе на последних страницах еженедельной русскоязычной газеты есть и предложение для доноров яйцеклеток. Оно гласит: «Требуется донор яйцеклеток для помощи бездетным семьям». Приложен номер телефона неназванной клиники. Всякий, кто прочтет это объявление, понимает, что оплата подразумевается сама собой.