Краткая история Испании

В 2017 году каталонское региональное правительство заявило, что обладает демократическим мандатом на проведение референдума о независимости, но Конституционный суд признал эту меру незаконной, а государственный прокурор распорядился провести расследование и привлечь причастных к ответственности. Конституцию страны, запрещающую отделение регионов, публично защищали премьер-министр Мариано Рахой, противник расширения автономии, король Филипп VI (пр. с 2014 года до настоящего времени), занявший несколько партизанскую позицию, и социалисты. В действительности конституция уже пересматривалась: например, когда вносили предыдущие изменения в региональные автономии или когда страна вступила в Евросоюз.

Ситуация отражала традиционно сильное чувство национального самосознания Каталонии и более специфические недавние трудности, в первую очередь последствия утвержденного конституцией принципа «солидарности регионов». На Каталонию приходится 16 % населения Испании, 19 % ее ВВП, 25,6 % ее экспорта и 20,7 % иностранных инвестиций. Несмотря на большую задолженность, Каталония (в отличие от Страны Басков) платила непропорционально высокие налоги, но получала недостаточно средств из бюджета. Два соперничающих национализма столкнулись. Испанское правительство, угрожавшее не допустить голосования, не выполнило свое обещание, и 1 октября 2017 года, несмотря на широкомасштабные запугивания, в голосовании приняли участие 43 % граждан, имеющих право голоса. Гражданская гвардия, которую пытались использовать против голосующих, была вынуждена отступить под напором жесткой критики. Однако давление бизнеса, готового переместиться из неспокойной Каталонии в Мадрид, гораздо эффективнее ограничило выступления. В октябре – декабре 2017 года более 3000 компаний перенесли свои головные офисы за пределы Каталонии, в их числе были два крупнейших банка Каталонии и крупнейшее испаноязычное издательство Planeta. Уехала часть индивидуальных предпринимателей. Бронирование отелей в Барселоне сократилось.

Кроме того, более 20 % испанцев прекратили покупать каталонские товары. Враждебность по отношению к Каталонии снова выросла, когда представитель Народной партии заявил, что носители испанского языка в Каталонии подвергаются дискриминации. На практике испанский национализм представляет собой коллективное соглашение, позволяющее скрепить страну, объединившуюся в единое целое после смерти Франко. Испания – это комплексное образование, подразумевающее взаимное уважение к конституции.

Каталонский национализм сильно пострадал от явного отсутствия международной поддержки. Каталонское правительство стремилось получить международное признание и использовать ЕС как посредника в споре с Мадридом, но не добилось ни того ни другого. Вместо этого, подтверждая явный отказ от прежней концепции ЕС как Европы регионов, страны Евросоюза выступили за сохранение существующей системы, отчасти, возможно, из опасений, что независимость Каталонии приведет к распаду ЕС. Хотя свидетельств в пользу этой версии не так много, стремление оставить все как есть в любом случае было достаточно явным.

Разница с 1640-ми годами, когда каталонскую независимость поддерживали французы, и 1700-ми годами, когда каталонскую автономию поддерживала Британия, была очевидна. Сложно переоценить значение исторической конъюнктуры и случайных обстоятельств в таких ситуациях, ведь именно они определяют развитие тех элементов, из которых в конечном итоге составляется вся политическая структура. Здесь также прослеживается явная разница с Португалией, судьба которой сложилась совершенно иначе, хотя она и пробыла какое-то время (с 1580 по 1640 г.) в составе империи и затем на долгое время стала объектом притязаний испанских королей. Свою роль также сыграло давнее противоречие двух представлений: Испании как изначально плюралистического союза королевств, княжеств и сеньорий, существовавших до возникновения испанского государства, и Испании как сильного централизованного государства.