Кремлевские подряды. Последнее дело Генпрокурора

Я глубоко убежден, что мое противостояние с Борисом Ельциным стало одной из причин столь быстрого, просто стремительного возвышения Владимира Путина.

Если бы не было противостояния президента и Совета Федерации, не желавшего действовать по принципу «чего изволите», если бы расследование по «Мабетексу» не зашло столь далеко, Ельцин никогда бы не ушел досрочно со своего поста.

А если бы не было этой отставки, то президентские выборы прошли бы, как и было намечено, в июне. И кто знает, как тогда сложилась бы ситуация для ельцинского преемника? Наверняка, исход голосования не был бы столь однозначным…

Надо отдать должное «семье» — предвыборная кампания весны 2000 года была выстроена очень грамотно. Как я слышал, поставщиком идей и на этот раз, как и в 1996 году, был умный Борис Абрамович.

То, что Ельцин выбрал Путина в качестве преемника, во многом определялось состоянием здоровья президента. Я уже писал, что Ельцин мог подписать любой указ, если кто-то из ближайшего окружения ему шепнет, что указ этот хороший и нужный. Да и само понятие «семья» возникло из-за недееспособности президента. Он не контролировал ситуацию, приезжал в Кремль три раза в неделю на 2–3 часа, а чтобы управлять такой страной, нужно работать по 18 часов в сутки.

Известно, что «семья» очень тщательно проводила конкурсный отбор на роль преемника. Примаков не подошел. Степашин был суперлоялен к Борису Николаевичу, лоялен до конца, но тоже не подошел. Лебедь был отвергнут. Подошел Путин. Почему? Те, кто были у руля, прежде всего заботились о том, чтобы хотя бы первое время новый президент не делал резких шагов. Главная задача, которая была поставлена перед Путиным — дать гарантии Ельцину и его семье. С ней преемник справился. Я имею в виду путинский Указ № 1, который, противореча Конституции, ввел новые понятия об иммунитете и неприкосновенности ушедших на пенсию президентов. Ясно, что этот указ готовился, что называется, под Ельцина. Но под зонтик этой неприкосновенности постаралась укрыться и вся «семья». Ничуть не пошатнулись позиции Чубайса, Дьяченко, Абрамовича, некоторых других олигархов. Во всяком случае, большинство фигурантов, виновных в многочисленных злоупотреблениях, остались при своих деньгах и при своем потенциале, и от деятельности правоохранительных органов России и зарубежных стран не пострадали.

Тем не менее, отличия нового (на тот период) президента от старого разительны, и самое главное из них — Путин был способен реально сам решать государственные дела. Он — человек, которому власть доставляет удовольствие. Пример тому — некоторые из олигархов, а также Волошин и другие ставленники «семьи», в конце концов отодвинутые от государственного руля.

* * *

В 2000 году Путин призвал провести президентскую кампанию без грязи и компромата. Но ведь именно в эти дни тележурналист Доренко обливал грязью Лужкова с Примаковым. А в Интернете появилась информация, о том, что я якобы готовился обвинить Путина в убийстве Собчака…

Абсолютно бредовая версия, но она существовала.

Не буду кривить душой — Путин оказался верным соратником. Он до конца был на стороне своего шефа — Анатолия Собчака. Отбросив в сторону законность поступка Путина (об этом — чуть позже) следует заметить, что на фоне наших новорусских деятелей, чутко держащих нос по ветру, Владимир Владимирович здесь выглядел в высшей степени благородно.

Ельцин оценил это качество в Путине. Очевидно, когда решался вопрос о преемнике, это тоже сыграло ему на пользу.

* * *

Мои отношения с Владимиром Путиным всегда были хорошими, ровными, и, честно говоря, я надеялся на его объективную по отношению ко мне позицию. Позицию, ориентированную на Закон. Я искренне считал, что Путин хотел мне помочь. И для меня было ударом, шоком, когда я узнал о его роли в фабрикации дел против меня.

Он отлично знал, о том, что с моей стороны никаких нарушений нет, что «Мабетекс» реально существует. Тем не менее, получив, видимо, жесткие указания от Ельцина и «семьи», Путин выполнил все то, чего от него хотели.

Уместно напомнить весьма важный эпизод, получивший широкую огласку. Передача «Человек и закон» показала интервью с одной из девушек, заснятой на пленке с «человеком, похожим на Генпрокурора». Она сообщила, что написать заявление, на основании которого против меня в Кремле было позднее возбуждено уголовное дело, ее с помощью угроз и побоев заставили сотрудники ФСБ. Все это не удивительно. Менталитет наших российских спецслужб с годами мало чем изменился: если раньше они были карающим мечом КПСС, то теперь стали тем же мечом, но в руках у президента. Закон для них — категория абстрактная. Хотя понять сложность положения Путина в те дни я могу: дали команду — либо ты выполняешь ее и идешь на повышение, либо не выполняешь и прощаешься с работой.

Конечно, он мог бы этого и не делать, но тогда, возможно, его в качестве президента и не было бы. Не знаю, на каких весах можно взвесить все эти нюансы. Это тот выбор, который каждый должен сделать сам. Он выбрал такой путь — путь стоимостью в право быть преемником.

* * *