Крестный путь патриарха. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Сергия (Страгородского)

Введенский пытается еще как-то реанимировать церковь, ведет работу с остающимися ему преданными иерархами и духовенством, заклиная их оставаться верными подлинной Православной церкви – Обновленческой. Но это мало помогало. Продолжались возвращения иерархов в Патриаршую церковь, а вслед за ними – духовенства и приходов. Порой обновленческие иерархи просто изгонялись из епархии как «обманщики и лиходеи церкви» возвращающимися в Патриаршую церковь верующими.

Особенно тяжело был воспринят Александром Введенским уход в марте 1944 г. из обновленчества и принятие, через покаяние, в Патриаршую церковь бывшего первоиерарха Обновленческой церкви митрополита Виталия (Введенского), который своим авторитетом, как законный по рукоположению епископ, был идейной опорой обновленцев. Это было болезненно, поскольку Введенский помнил, как еще месяц тому назад убеждал Карпова в жизнестойкости обновленческого Пименовского храма в Москве, где служил Виталий и куда к нему на службу стекалось огромное число богомольцев, и свои слова, что митрополит Виталий «скорее умрет, чем перейдет в Патриаршую церковь».

Оставшись в одиночестве, теснимый со всех сторон, Введенский предпринимает попытки примирения с Патриаршей церковью, тем более что до окончания срока приема обновленческих архиереев времени уже почти не оставалось. О первой из них мы узнаем из письма патриарха Сергия епископу Молотовскому Александру (Толстопятову) от 20 апреля 1944 г.:

«…А. И. Введенский, по-видимому, собирался совершить нечто грандиозное или, по крайней мере, громкое. Прислал мне приветственную телеграмму: “Друг друга обымем!”. Меня называет представителем русского большинства в нашем православии, а себя представителем меньшинства. А закончил какой-то арлекинадой, подписался первоиерархом, доктором богословия и доктором философии.

Я ответил: “Введенскому А. И. Воистину Христос Воскрес! Патриарх Сергий”. Дело, мол, серьезное и дурачиться при этом совсем не к месту. Кстати, на второй день праздника я служил в Сокольниках, в бывшем гнезде обновленцев. В числе сослужащих был епископ Виталий, их первоиерарх, а настоятелем Расторгуев, протоиерей – бывший архиепископ»[364]

.

Москва. Храм Воскресения Христова в Сокольниках

[Из открытых источников]

Безрезультатно закончилась эта попытка «личного воссоединения» Введенского с Русской церковью. Патриарх Сергий категорически отказался «воссоединяться» и настаивал на полном признании обновленцами своего «греха отступничества».

Представление Совета по делам Русской Православной церкви в СНК СССР об открытии православных церквей

3 марта 1944

[ГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 3. Л. 65–67]

Обновленческий первоиерарх служил в единственном обновленческом храме Москвы – Пименовском храме вместе с митрополитом Филаретом (Яценко). Храм производил жуткое впечатление: давно не ремонтировавшийся, с осыпающейся штукатуркой, потускневшей живописью, стены от влаги, проникавшей внутрь через протекавшую крышу, имели красноватый оттенок. Храм нес на себе печать «мерзости запустения».

В соответствии с новым порядком открытия церквей Совет уже в феврале – марте 1944 г. представил в Совнарком список более полусотни церквей, открытие которых он поддерживал: в Архангельской, Горьковской, Ивановской, Кировской, Курской, Молотовской, Московской, Новосибирской, Тамбовской, Сталинградской, Челябинской областях, во Владивостоке и Узбекской ССР.

Распоряжение СНК СССР

о даче разрешения на открытие православных церквей

г. Москва. Кремль

11 марта 1944 г.

№ 5474-рс Экз. № 2

Секретно

Одобрить решение Совета по делам Русской православной церкви при Совнаркоме СССР о даче разрешения на открытие 29 церквей в населенных пунктах, согласно прилагаемому перечню.

Зам. председателя Совета народных комиссаров Союза ССР В. МолотовГА РФ. Ф. Р-6991. Оп. 9. Д. 1. Л. 11. Заверенная копия. Машинописный текст.