Крестовые походы. Взгляд с Востока

Одновременно с королем был захвачен Истинный крест, а идолопоклонники, пытавшиеся его защитить, – разбиты. Этот крест был принесен на позиции и поднят высоко, и христиане пали перед ним ниц. Они утверждают, что он сделан из дерева того самого креста, на котором тот, кому они поклоняются, был распят. Они поместили его в футляр из золота, украшенный драгоценными камнями, и приготовили для празднования Страстей Христовых – своей ежегодной церемонии. Когда священники явили его взглядам, все вокруг пали ниц, и никто не мог опоздать, не опасаясь лишиться свободы. Захват креста стал для христиан более серьезным ударом, чем утрата короля, ничего хуже для них быть не могло. Крест стал для нас призом, не имеющим себе равных. Он был высшим объектом поклонения. Христиане обязаны его почитать. На нем был распят их Бог, которому они бьют земные поклоны и поют гимны. При виде его их охватывает страсть. Они считают счастьем увидеть его, впадают в экстаз, готовы отдать за него свои жизни, ищут у него утешения. Они даже делают его копии и молятся им в своих домах. Таким образом, утрата Истинного креста стала для них катастрофой, великим бедствием. Силы покинули их. Велико было число побежденных, возвышенными были чувства победившей армии. Захват креста был для них дурным знаком. Узнав о нем, христиане поняли, что не переживут этого несчастья. Они гибли в бою и в плену, пали под настиком непреодолимой силы. Султан разбил лагерь на равнине Тверии. Он был словно лев в пустыне, или луна во всем своем великолепии.

Захват цитадели Тверии

Он послал людей к цитадели, чтобы принять ее капитуляцию с обещанием безопасности, и наша вера снова воцарилась там, где прежде обитала вера ложная. Графиня Тверии защищала цитадель и перенесла туда все свое имущество. Султан обещал безопасность ей и ее спутникам и имуществу, и она отбыла в Триполи, в город, принадлежавший ее супругу графу. И снова в Тверии поселился народ истинной веры, и Сарим ад-Дин Каймаз ан-Наджми был назначен правителем. Тем временем Саладин стал лагерем за пределами Тверии, избавив человечество от зла, и его армия заняла всю равнину.

Обращение Саладина с тамплиерами и госпитальерами, обезглавливание их и всеобщая радость от их уничтожения

(Этот эпизод, описанный нашим очевидцем, в обычном для него высокопарном стиле, с приукрашиваниями и преувеличениями, является пятном на легендарном великодушии и благородстве Саладина; причиной убийства стала ненависть, которую вызывали у мусульманской стороны оба ордена, воевавшие ничуть не более гуманно и по-христиански, чем их противники.)

В понедельник, 17-й день второго месяца раби, через два дня после победы, султан собрал взятых в плен тамплиеров и госпитальеров и сказал: «Я очищу землю от этих нечестивцев». Он объявил о выплате пятидесяти динаров каждому, кто взял одного из них в плен, и ему сразу же привели не меньше сотни рыцарей. Султан велел их обезглавить, посчитав, что лучше они будут мертвыми, чем в заключении. С ним была большая группа ученых и суфиев, а также некоторое количество набожных людей и аскетов. Каждый просил, чтобы ему позволили убить одного из них, вынимал из ножен меч и засучивал рукава. Саладин с радостным лицом сидел на возвышении. Неверные пребывали в отчаянии. Войска собрались вокруг. И бойня началась. (Далее следуют описания убийств, перемежающиеся восхвалениями действий правоверных и восторженными метафорами; если коротко и без велеречивости, зверское убийство рыцарей избавило землю от всех зол.)

Султан отправил франкского короля в Дамаск вместе с его братом, Хамфри, правителем Джубайля, Великим магистром тамплиеров и великими баронами, которые были взяты в плен. Там их заключили в тюрьму. Армия разошлась по домам с пленными и добычей.

Завоевание Иерусалима

Ибн аль-Атир