Критическая масса. Как одни явления порождают другие

Различия в культурных, социальных и политических ценностях за последние годы проявляются с особой силой. Даже единство Организации Объединенных Наций подвергалось и подвергается серьезным испытаниям, например, при обсуждении проблем Косово и Ирака. Споры разгорелись еще тогда, когда США начали бомбардировки Белграда, а вторжение США и Великобритании в Ирак чуть не поставило ООН на грань серьезного раскола. Беспрецедентный международный консенсус был достигнут лишь при вторжении союзных сил в Афганистан в 2001 году, однако неясно, сохранится ли единый подход мирового сообщества достаточно долго, чтобы на руинах Кабула возникло стабильное государство.

Одновременно с фрагментацией и дальнейшим размежеванием в мировой политике легко заметить и обратную тенденцию, т. е. образование новых союзов и объединений. Например, Европейское сообщество продолжает успешно развиваться, представляя собой уникальный эксперимент по созданию нового общества, пытающегося преодолеть социальные и культурные барьеры между народами и государствами. В январе 2002 года ЕС смогло даже объединить национальные валюты, а в настоящее время осуществляет и разрабатывает крупные проекты, связанные с охраной окружающей среды, организацией мировой торговли, здравоохранением и т. п. В таких масштабных мероприятиях принимают участие многие международные организации, объединяющие людей разных национальностей и религий.

Длительная устойчивость объединений типа ЕС определяется в конечном счете способностью составляющих их стран согласовывать свои намерения и цели, т. е. возможностью взаимодействовать с достаточной эффективностью и пользой друг для друга. Однако результаты этого взаимодействия по механизму «тяни-толкай» создают сложные проблемы для либеральных защитников многообразия. Многие из нас прекрасно понимают, что почти полная культурная однородность представляет собой жалкое зрелище, с другой стороны, мы выступаем за «универсальные» права человека и некий заданный общий кодекс поведения, что можно назвать «либеральным империализмом». Мы хотим по-прежнему наслаждаться богатством культурного разнообразия, но при этом сетуем на то, что некоторые малые народности излишне упорно отстаивают свои верования, традиции и национальную идентичность. Если культуры народов разделены излишне жестко, это ведет к отчуждению, преследованиям и столкновениям. Все эти проблемы подводят нас к основному вопросу: могут ли разные культуры и религиозные верования сосуществовать мирно и устойчиво или они обречены на борьбу до тех пор, пока одна не поглотит все остальные?

СТОЛКНОВЕНИЯ КУЛЬТУР

Социологи уже очень давно занимаются изучением причин, из-за которых при взаимодействии разных культур одни характерные различия сохраняются довольно долго, а другие быстро исчезают. Существует ясно прослеживаемая общечеловеческая тенденция к сохранению групповой идентичности, которая заставляет народ и культуру акцентировать свое внимание именно на своем отличии от «чужих», что иногда даже принимает уродливые формы ксенофобии. Но столь же заметно, что при контакте культур многие люди добровольно и с удовольствием воспринимают чужие обычаи, моды и даже чудачества. Известно, что человеческие языки развиваются и дифференцируются благодаря почти неизбежному процессу случайного накопления небольших изменений — этот процесс в чем-то эквивалентен роли случайных мутаций в дарвиновском естественном отборе. Лингвистическая и технологическая совместимость разных культур является мощным фактором обмена идей, в то время как географическая изоляция подавляет его.

Обмен культурными ценностями, естественно, во многом зависит от того, насколько общи и похожи исходные, уже существующие позиции и представления сторон. Например, разница в языках всегда считалась огромным препятствием к взаимному культурному общению, но и почти полное совпадение языков вовсе не гарантирует слияния культур. Последнее утверждение заставит любого англоязычного читателя вспомнить апокрифическое высказывание Джорджа Бернарда Шоу о том, что Америку и Англию «разделяет лишь общий язык»[125].

Роберт Аксельрод разработал модель взаимодействующих агентов, описывающую общую картину распространения культур и обычаев. Основной идеей модели вновь выступает стремление сходных структур к дальнейшему усилению сходства, т. е. Аксельрода не интересуют конкретные механизмы культурного обмена, он лишь постулирует стремление схожих элементов структуры к дальнейшему слиянию. Другими словами, при культурном обмене доминирующим является механизм положительной обратной связи.