Кровь богов

– Хокстон взял твой след – из-за твоих рубинов. Я пытался его остановить, но тут нас поймал в ловушку Шалан ибн Мансур. Ты был не в своем уме, и я связал тебя. У нас была схватка с арабами. Мы их прогнали.

– Какой сейчас день? – спросил Аль Вазир.

Услышав ответ Гордона, он воскликнул:

– Великие небеса! Прошло больше месяца с тех пор, как меня ударило по голове!

– Что? – изумился Гордон. – Я думал, одиночество...

Аль Вазир засмеялся:

– Нет, не одиночество, Эль Борак. Я тут занялся кое-какой работой... Обнаружил ход в одну из нижних пещер, ведущий вниз, в туннель. Входы в оба лаза были завалены камнями. Я стал их оттаскивать просто так, из любопытства. Потом я нашел еще один ход, ведущий из верхней пещеры на вершину горы и похожий на дымовую трубу. Когда я отодвигал каменную плиту, которая его закрывала, и убирал завал камней, это и произошло: одна из глыб свалилась и расшибла мне голову. С тех пор разум мой помутился. Иногда я ненадолго приходил в себя... но и тогда мои мысли оставались не очень ясными. Сейчас я вспоминаю их, как обрывки снов. Помню, что я жил в Орлином Гнезде, открывал консервы и пожирал еду... и старался вспомнить, кто я и почему здесь. Потом все опять исчезало.

В другом смутном воспоминании я был привязан к камню и видел, как ты и Хокстон лежали на карнизе и стреляли. Конечно, я не понимал, что это был ты. Я помню, как ты сказал, что, если кто-то будет убит, другие уйдут. Стрельба и крики разозлили меня. Я хотел, чтобы все ушли и оставили меня в покое.

Не помню, как долго я опять ничего не соображал, но, придя в себя, я вспомнил про ход, который вел на вершину горы... Потом я полз и карабкался и вскоре увидел, как звезды сверкают надо мной, и почувствовал, что ветер дует мне в лицо... Небеса! Мне нужно было доползти до вершины, а затем спуститься вниз по уступам на другой стороне горы!

Потом я смутно помню, что бежал и полз сквозь темноту... испуганный стрельбой и шумом, и какой-то человек стоял один на пригорке и кричал... – Аль Вазир содрогнулся и покачал головой. – Когда я пытаюсь вспомнить, что произошло потом, – это какая-то круговерть огня и крови, как ночной кошмар. Мне казалось, что человек на холме виноват во всем этом шуме, который сводит меня с ума, и что, если он перестанет кричать, они все уйдут и оставят меня в покое. Но с этого момента все погрузилось в красный туман...

Гордон хранил молчание. Он понимал: виной всему было его замечание, нечаянно услышанное Аль Вазиром, о том, что, если Шалан ибн Мансур будет убит, арабы убегут. Подслушанные слова запечатлелись в затуманенном мозгу сумасшедшего... и в конце концов преобразовались в действие. Аль Вазир не помнил, что он убил шейха, и не было необходимости расстраивать его правдой.

– Помню, что потом я бежал, – прошептал Аль Вазир, сжимая голову. – Я ужасно испугался и хотел вернуться в пещеры. Помню, что полз опять – все время вверх. Я должен был забраться на гору, а потом спуститься в пещеру... но я не мог этого сделать, потому что ход оказался завален. Потом я услышал голоса. Они звучали как-то знакомо. Я пошел на эти звуки... затем что-то ударило меня по голове. А когда я пришел в себя, то понял, что обрел все свои способности... И увидел, как ты и Хокстон бьетесь на саблях.

– Похоже, ты действительно пришел в себя, – сказал Гордон. – Этот удар заставил твой мозг снова работать нормально. Такое случалось и прежде. – Иван, у меня есть верблюд, спрятанный поблизости. Арабы, когда бежали, бросили тюки с сеном в своем лагере. Я покормлю и напою его, а затем... Ну, в общем, я собирался отвезти тебя на побережье, но после того, как ты восстановил свой разум, я думаю, может быть, ты...

– Я вернусь вместе с тобой, – сказал Аль Вазир. – Мои медитации не дали мне просветления, но я убедился... еще до того, как получил удар по голове... что наиболее достойной жизнью может быть служение людям или отдельной личности... Мечтаниями в этой пустыне я не помогу человечеству. – Он взглянул на тело, распростертое перед ними. – Прежде всего нам надо вырыть могилу. Бедняга, его угораздило стать последней жертвой Крови Богов.

– Что ты имеешь в виду?

– Кровь богов притягивает кровь человеческую, – ответил Аль Вазир. – Появившись в истории, рубины причинили столько страданий... Прежде чем уехать из Эль-Азема, я брошу их в море.