Кровь и золото ислама

Только после этого Абу Абдаллах отправился на поиски своего махди. По непоятной причине Убайдаллах вместо того, чтобы присоединиться к нему в Раккаде, поселился у мидрадидского эмира в Сиджильмасе. Здесь его приняли как почетного гостя, но, узнав, кто он самом деле, эмир посадил его в тюрьму, и армии котама пришлось силой освобождать своего духовного вождя. После разгрома Аглабидов и Рустамидов Убайдаллаха привезли в Кайраван и объявили халифом с именем аль-Махди и титулом «повелителя правоверных». В начале 910 года он с триумфом вступил в Раккаду. Так началась династия Фатимидов – то есть потомков Фатимы, дочери Пророка.

После победы исмаилитов Абу Абдаллах попытался убедить Убайдаллаха, что халиф должен разделить с ним власть, поскольку именно ему он обязан троном. Брат Абу Абдаллаха каждый день твердил ему: «Не забывай, это ты основал государство». Но Убайдаллах и не думал делить трон, и Абу Абдаллах начал критиковать правителя и даже усомнился, что тот настоящий махди. В конце концов, он не сотворил никакого чуда, да и конца времен явно не предвиделось.

В ответ Убайдаллах начал террор против людей, приведших его к власти: казнил нескольких берберских вождей, а потом и самого Абу Абдаллаха, обвинив его в заговоре (911). Это вызвало восстание берберов, которое едва не увенчалось успехом: мятежники взяли Кайраван и новую фатимидскую столицу на берегу моря – крепость-порт аль-Махдию, но не сумели их удержать и были уничтожены.

Аль-Махди быстро захватил почти всю Северную Африку. К этому времени все местные режимы изжили себя и быстро рушились. Исключением был Египет: здесь еще держалась власть багдадских халифов. Обе попытки Аль-Махди захватить Египет – в 914 и 919 годах – провалились. В это время в Египте появился новый наместник, который вскоре узурпировать власть в провинции и основал еще одну эфемерную династию.

Ихшидиды

Этим новым наместником был Мухаммед Ибн Тугдж, получивший почетное прозвище Ихшид – так назывался титул князя в родной ему Фергане. Его отец сделал карьеру еще при Тулунидах, но попал в опалу и закончил дни в тюрьме, поэтому Мухаммеду пришлось начинать все заново. Сочетая военные таланты с дипломатической ловкостью, он сумел выдвинуться вперед и убедить багдадского халифа ар-Ради назначить его наместником Египта. Больше того, ему дали право передавать эту должность по наследству.

В своей провинции Ихшид быстро восстановил порядок, наладил хозяйство и создал надежную армию из лично преданных ему наемников. Его интересы не выходили дальше Египта и соседней Сирии, зато за эти земли он держался крепко. Только другой выдающийся эмир, хамданид Сайф ад-Даула, смог потеснить его позиции в Сирии. Во время своего правления Ихшиду удалось разбить мощную армию Фатимидов, отразить войска багдадского халифа и захватить священные города Мекку и Медину.

За пределами политики и войн это был приятный человек, любитель жизни и всех ее удовольствий, – веселый, в меру циничный, но скорей добродушный. Ихшид обожал лошадей и благовония, особенно амбру, и добывал их везде, где только мог. Кладовые и хранилища в его дворце были забиты амброй, которой он время от времени торговал, чтобы поправить свои финансовые дела. Деньги Ихшид зарабатывал привычным для правителей способом: назначал себе вазира, давал ему время откормиться и наворовать богатств, а потом арестовывал «за злоупотребления» и конфисковывал его имущество. Добродушие эмира проявлялось в том, что он не казнил и не пытал тех, у кого отнимал деньги. Ихшид считал, что все торговцы и купцы должны сами вносить вклады в государственную казну, потому что их богатства нажиты обманом. «И у каждого он брал все, что мог получить, – пишет историк, – но прежде всего отдавал предпочтение рабам-оруженосцам вместе с их оружием, одеждами и лошадьми».

Несмотря на деловую хватку, Ишхид был необычайно религиозен и почитал святых. Он любил, когда ему читали Коран, и каждый раз при этом плакал. По арабским понятиям, слезы не возбранялись суровым воинам – это демонстрировало силу и глубину их чувств. Эмир был тучен телом, но крепок и силен, как герой Одиссей: никто, кроме него, не мог натянуть тетиву его лука.

После смерти Ихшид оставил малолетнего сына Унуджура, вместо которого стал править его опекун – чернокожий евнух по имени Кафур. Этот «пузатый нубиец с уродливыми ногами и просверленной нижней губой», как описывал его аль-Макризи, оказался не менее выдающимся правителем, хотя и не столь мягким. Чтобы сохранить власть, он по очереди отравил Ундждура и его брата Али, законных Ихшидов, которые могли оспаривать его права на трон. Сам он твердой рукой управлялся с государством и успешно отбивался от всех внешних и внутренних врагов, включая карматов, Хамданидов и нубийцев.

Смерть Кафура повлекла за собой и падение династии. Он так старательно вычистил вокруг себя всех возможных конкурентов и соперников, что когда в Египет снова вторглись Фатимиды, страну уже некому было защищать.

Абу-ль-Касим