Сергей Обатуров.Кровное родство(трилогия)

Кровное родство

1.1. Сон и явь.

  Осень, самое ее начало, барабанило мелким противным дождиком по жестяному подоконнику и стеклу окна. Этот звук, наверное, с середины ночи, не давал спать. Стук капель не успокаивал, он наоборот, раздражал, оголял и без того натянутые нервы. Ветер, налетая порывами, швырял крупные капли с неистовой силой горстями, и каким-то остервенением, может даже с ожесточением, а затем все стихало и уже мелкие капли еле слышно докладывали, что дождь все еще идет. Это еще больше подхлестывало расшалившиеся нервы. Все нутро Максима прислушивалось и ждало, когда же опять завоет ветер в кронах деревьев, заставляя их стонать и скрипеть, швырнет в его злосчастное окно очередную порцию водяной барабанной дроби. Под утро он наконец-то уснул, чтобы тут же, как ему показалось, подскочить как ошпаренный от громкой трели будильника. Пора на работу. День, как всегда в последнее время, начинался неудачно.

  Была какая-то безысходность в этой осени, в этом дожде, В последнее время у Макса все валилось из рук. Даже то, что всегда не вызывало проблем, давалось с трудом, если не сказать больше. Еще ему начали сниться странные сны. Надо оговориться, что Макс редко видел сны. Просыпаясь утром, он ничего не помнил, а может, ничего и не видел. Эти новые сны, показывали ему, как он, рисуя на вертикальной поверхности контуры двери, проводит руками, как напрягает внутренние силы, как активирует нарисованные линии, как проникает за созданный дверной проем и..., в этот момент, он всегда просыпался. Что же там, за этой странной дверью, что надо делать, а чего делать никак нельзя? Все эти мысли не выходили у него из головы, мешая сосредоточиться на повседневных делах.

  А дел хватало. Финансовая неудовлетворенность гнала искать высокооплачиваемую работу, но на деле все предложения имели двойное дно. То, предлагаемая зарплата делилась пополам, на зарплату и премию, а выплачивалась только зарплата. То должность была номинальной, а на самом деле совмещала в себе обязанности двух, трех, а то и четырех должностей, или работодатель, вообще, предъявлял такие требования к претенденту, что не всякий солидный ученый мог подойти на такую вакансию. А деньги были нужны, ох как нужны! Ведь надо было решать что-то с жильем, не хотелось все время скитаться по квартирам, снимая их, остепениться и, чем черт не шутит, жениться. Девушки у Максима не было, но подружки были. Макс был очень обаятельным человеком. Отсутствие красоты он компенсировал веселым нравом, шутками, немного играл на гитаре и даже неплохо подпевал, но голос был не сильный, зато приятного тембра и, что самое главное, нравился девчонкам. В силу своей профессии он бескорыстно помогал друзьям наладить или починить компьютер, вечно консультировал по телефону нетерпеливых, конечно злился, когда, на том конце его не понимали или делали что-то неправильно. Надо сказать, что был он по профессии системным администратором с задатками хорошего инженера, так как мог спроектировать, рассчитать, проложить и наладить под ключ, локальную сеть любой конфигурации с настройкой серверов и всей необходимой периферии. Сказывался большой опыт и любознательность. Кроме того, хорошие знания наиболее распространенных офисных программ позволял ему консультировать своих пользователей, которые в нем души не чаяли, однако контора платила мало. Экономили на всем. Его рабочий кабинет находился прямо в серверной. "Серверная", звучало с претензией на престиж, но на самом деле это была обычная комната, в которой на столах и полу стояли или лежали серверы. Никаких специальных шкафов. От каждой из машин шел свой, неповторимый гул и шум с элементами низкочастотной вибрации или легкого повизгивания. Макс даже начал думать, что его сны, это побочный эффект от такой обработки сознания шумами.

  Те, кто приходил в его серверную, удивлялись, как можно работать в таких условиях, но Макс как-то привык, и этот шум раздражал его не очень сильно, только по вечерам ужасно болела голова, и хотелось спать. Вот в этом кабинете он и сидел, как паук в центре огромной паутины. Его комната условно делилась, как бы на две зоны. В одной находились сервера, а в другой все, что было нужно для обслуживания локальной сети с компьютерами и периферией. То есть лежали остатки кабеля, сгоревшие платы, картриджи для принтеров и плоттеров, коробочки с компакт дисками, на которых находилось программное обеспечение, приобретенное или самостоятельно написанное Максимом. Программы собственной разработки он писал на раз, как говорится на коленке. Начальство ставило задачу, и он ее решал. Всегда предоставлял исходный код, не шифровал и вообще считал, что это так, побочный продукт его деятельности.