Крушение Римской империи

Властители поздней Западной Римской империи преуспели в полной изоляции богачей и сокрушении бедняков. Точно так же они сперва изолировали, а затем сокрушили основную часть тех, кто жил между этими двумя полюсами общества — средний класс.

Средний класс всегда был становым хребтом Римской империи, как это было и в греческих городах-государствах ранее. Этот класс играл главную роль в Римском мире потому, что империя состояла из городов и более или менее автономных городов-государств, известных зачастую еще до возникновения самого Рима. При общем подчинении правителям римских провинций каждый из городов имел собственную территорию, в ряде случаев — большие земельные угодья. Провинции, и особенно те, которые занимали более развитые районы, представляли собой нечто большее, чем совокупность этих городов и их территорий. Это была — и продолжала существовать в течение столетий — урбанистическая цивилизация, в которой средний класс, живший в городах, составлял центральный и жизненно важный элемент. Интересы сельского населения практически во внимание не принимались.

В третьем веке нашей эры положение этих городов резко ухудшилось. Набеги извне и восстания внутри нанесли им и их местным правителям большой урон, а из-за денежной инфляции их золотые запасы и земли растаяли. Военные императоры того времени не очень сожалели об этом, многие из них не питали симпатий к урбанистической греко-римской культуре и чувствовали себя ближе к сельскому населению, которое представители этой культуры всегда игнорировали.

Когда, незадолго до 300 г., императорам военного склада жесткими тоталитарными мерами удалось стабилизировать имперский режим, города не получили стимулов для возрождения. Константин Великий и его сыновья конфисковали у городов их доходы от налогов и аннексировали большую часть остававшейся у них территории, а затем, после временного послабления при Юлиане, подобные меры были применены Валентинианом I. Позднее городам было предоставлено достаточно средств для ремонта общественных зданий, но новое строительство оставалось строго ограниченным.

Города выглядели полуразрушенными, а вся старая цивилизация среднего класса пришла в упадок. Историк Зосим связывает этот развал в основном с деятельностью Феодосия I. Частично это утверждение вызнано тем, что автор, язычник, сожалел о фанатичном христианстве императора. И тем не менее он прав в своей общей оценке эры Феодосия, как периода продолжительного и интенсивного распада городов.

Процесс депрессии продолжался и впоследствии. Те поверхностные впечатления, которые нам дает история жизни поздних городов, далеко не воодушевляют читателя. Когда посланник Рима Приск из Панин (Барбарос) посетил в Трейсе Аттилу, один торговец из империи, встреченный им при дворе гуннов, жаловался, что римские граждане, с которыми он расстался дома, больше не питают никаких надежд. Вдобавок к отношению имперских властей, города страдали от разбойников-германцев, набеги которых наносили большой ущерб. Хотя некоторые античные авторы переоценивают разрушительный эффект вторжений извне, они были достаточно серьезны и причиняли немало бед городам.

В такой обстановке жители городов становились крайне инертными. Их единственной целью было предотвратить разграбление своих домов и собственности захватчиками. Если им это гарантировали, они обычно были готовы подчиниться. И все-таки германцы часто причиняли им серьезный вред. Сидоний платит поэтическую дань наполовину разрушенному городу Нарбо (Нарбонн) в Южной Галлии: «Эти великолепные руины делают вас героями в наших глазах».

Моралист Сальвиан, с другой стороны, осуждает непрерывный энтузиазм жителей Тревери (Трира), проявляемый в их играх на площади, где уже трижды происходили грабежи и разбой. «Народ Рима, — заявляет он, — гибнет и смеется». Они, конечно, гибли; по крайней мере гибли их города. Эти традиционные общественные объединения стали просто тенью своего прежнего энергичного облика.

Существенным элементом урбанизированного среднего класса были куриалы, члены городских советов или курии. Этот титул распространялся на их сыновей и потомков. Советники стремились стать группой с правом наследства, поскольку только такие основательные граждане — те, которые имели собственность, передаваемую от отца к сыну, — могли выдержать растущее финансовое бремя. В наступившие времена люди все в меньшей мере стремились занять пост советника, однако империя заставляла их соответствующим образом служить.