Крушение Римской империи

Тем временем Атаулф, продолжая дела своего шурина Алариха в качестве вождя вестготов, выступил из Италии на север и оккупировал Юго-Западную Галлию, где его люди поселились на плодородных землях между Нарбо (Нарбонн) и Бурдигалом (Бордо). Атаулф заявил, что его самым большим желанием теперь является не создание Империи Готов — о чем он говорил раньше — а союз с Римом внутри самой Римской империи. У Нарбо в 414 г. он женился на сводной сестре Гонория, Пласидии. Однако император не дал своего согласия на этот брак, и в следующем году заставил Атаулфа покинуть Галлию и направиться в Испанию, где тот вскоре был убит у Барсино (Барселона) .

Его брат, Уаллиа (Валлиа), выдал Пласидию римлянам и помог им, в обмен на низкие налоги на поставку зерна, в борьбе против своих собратьев — германцев в Испании. Ему и его вестготам было затем разрешено вернуться на их прежние земли в Юго-Западной Галлии, в качестве федератов в 418 г. им был предоставлен соответствующий статус, а Тулуза стала их столицей. В том же году Гонорий объявил о мерах по децентрализации своей власти в Галлии путем передачи ряда прав региональной администрации в Арелате (Арль), где римляне и вестготы намеревались сотрудничать. Но этот проект так и не был осуществлен.

Годом раньше теперь уже всевластный Констанций женился на Пласидии — снова против ее воли, а в начале 421 г. Гонорий объявил его императором объединенной Западной империи, и третий Констанций занял трон. Однако менее чем через семь месяцев Констанций III скоропостижно скончался. Если бы он не умер, он мог наверняка задержать падение Западной империи, но только ценой подавления восточных партнеров, которые вызвали его гнев, отказавшись признать его восшествие на престол.

Пласидия, Аэций, Гейзерих, Аттила

Все шло к ссоре между Гонорием и вдовой Констанция Пласидией, что заставило ее искать убежища в Константинополе. Она взяла с собой Валентиниана, четырехлетнего сына Констанция. Когда в 423 г. Гонорий умер от водянки, восточная армия помогла ей вернуться на Запад и отделаться от узурпатора, а Валентиниан был провозглашен императором Валентинианом III (425—455). В годы его младенчества Западной империей правила Пласидия. Поскольку она не могла изменить праздный, безответственный характер своего сына, а военачальники и сановники рвались к власти, Пласидия, «наиболее набожная и надежная мать императоров», держалась твердо и долгое время оставалась во главе Империи.

Ее переменчивая жизнь, полная драматических взлетов и падений, завершилась в 450 г. Однако задолго до этого она передала главенствующую роль Аэцию, римлянину, происходившему из семьи, жившей на территории нынешней Румынии. Историк пятого века Ренат Фригерид расточает похвалы в адрес Аэция за его мужественный, несгибаемый характер. И действительно, Аэций был человеком экстраординарных способностей. Он принял руководство Западным Римским миром, оттеснив Пласидию на второе место, в тот момент, когда Империя находилась в очень тяжелом положении. И затем, в течение более двадцати лет, он стремился удерживать деструктивные элементы под контролем. Какое-то время ему это удавалось. Если бы не он, распад Империи произошел бы куда быстрее. Но это максимум, чего он добился, поскольку слишком поздно появился на сцене.

Прежде, чем подняться к высотам власти, Аэций пережил многие превратности судьбы. Еще юношей он какое-то время был заложником сперва у вестготов, а затем у гуннов, почерпнув бесценные сведения о поведении неримских народов в те дни. В течение долгого времени он оставался с гуннами в дружеских отношениях. В 423—425 гг. Аэций привел большие отряды гуннов с целью противостоять удачной попытке Пласидии посадить Валентиниана III на трон, но затем ему удалось поддерживать мир с ее новым правительством.

В течение этого переходного периода жизненно важный район Северной Африки, откуда шли поставки зерна в Рим, находился под мягким контролем римского военачальника Бонифата (Бонифация). Известный византийский историк шестого века Прокопий называл его, поразительную смесь святого, средневекового рыцаря и флибустьера, «последним из римлян». В этой связи Прокопий ставил его на одну доску с Аэцием и был абсолютно прав, сопоставляя этих двух людей, поскольку их соперничество было очевидным. В 427 г. Пласидию убедили отозвать Бонифация из Африки, но он отказался подчиниться ее вызову и в 429 г., после поражения ее войск, призвал на помощь вандалов под предводительством Гейзериха — одну из германских народностей, захвативших Галлию, а затем Испанию за двадцать лет до этого. Вскоре Бонифаций обнаружил невозможность удерживать новых союзников в определенных рамках и вернулся в Италию.