Крылья и оковы материнской любви

«Какой у вас сын замечательный. Карьеру сделал, в столице живет. Денег куча, жена – картинка». – «А что хорошего? Совсем чужой стал. Не того мы с отцом хотели».

Так что же делать? Есть ли вообще это понятие – хорошая или плохая мать? Можно ли говорить не о «соцпсихе» и не о социуме? Что остается, если выйти за рамки социального заказа или требований родового клана? И остается ли что-то? Есть ли это понятие в рамках нравственных категорий?

Мне кажется, что ответ искать можно только в мире, где живет душа, в мире переживаний. В том мире, который существует за счет совместных переживаний людей, опирается на резонанс души, разума, тела с душой, разумом, телом другого человека. Существует совсем другой критерий, когда благодаря или вопреки всему тому, что происходило во внешней жизни между матерью и ребенком, мимо всех внешних похвал и нареканий, мы слышим, как ребенок, не поддаваясь социальному и прочему давлению, шепчет упрямо, или кричит сквозь слезы, или открыто и гордо говорит: «У меня самая лучшая на свете мама, я ее очень люблю».

И путь со мной спорят и вразумляют, но нет критерия точнее и важнее. Отношение ребенка, еще маленького или уже седого к матери – вот единственный критерий, на который стоит ориентироваться, если хочешь знать, хорошая ты мать или плохая.

Правда, тут возникает одна проблема. Не получается это само собой, не дается по праву рождения. Это та часть отношений матери и ребенка, которая не определяется ни животным инстинктом, ни социальными правилами и традициями. Это зарабатывается трудом души на единственной территории нашей жизни, которая не принадлежит никому, кроме нас. На территории частной жизни. Жизни, о которой мечтают, но которой нет у большинства людей, закрученных в дела и обязательства внешней жизни, в правила, пришедшие неизвестно откуда, в необходимость и вынужденность.

Частная жизнь – это территория свободы, свободы для предъявления себя, территории, где мир держится не на «надо», а на «хочу», где «хочу» священно, где можно снять боевые доспехи и маски и быть собой без опасения, что нас упрекнут в том, что мы чему-то не соответствуем, не накажут и не обидят за то, что мы не оправдываем чьих-то ожиданий. Частная жизнь – это территория, если она возникает между матерью и ребенком, где мать никогда не станет сравнивать своего единственного и неповторимого с соседскими. Из-за того, что ребенок просто такой, какой он есть.

Это мир, где у матери и ребенка есть шанс стать друзьями, принять друг друга, какие они есть, потому что душевная близость, сочувствие, в старом значении этого слова, совместное чувствование, сопереживание, совместное переживание – высшая ценность и главный способ познания другого человека. Это мир, где не прячут друг от друга ни боль, ни радость, и где ценность другого не определяется ни возрастом, ни социальными успехами, ни физической красотой, где высшая ценность – доверие и приятие. Где не смотрят на часы, когда возникает момент близости и открытости, где не отталкивают пришедшего поделиться сокровенным ребенка, потому что звонит телефон. Новости, которые сейчас сообщит подруга, или болтовня с коллегой не могут быть важнее этих, поверьте, не так часто возникающих, а потому таких драгоценных моментов доверия, резонанса, взаимопонимания, взаимослышания, которые глушатся пустыми разговорами и бытовой суетой, которые категорически невозможно отложить на потом. Резонанс – это состояние, которое существует только здесь и теперь. Возникновение его сиюминутно, и если оно возникло сейчас, то ничто не гарантирует, что оно повторится. Разве не знают взрослые люди этого чувства – момент ушел, ушел безвозвратно, и его уже не вернешь. У кого в душе нет таких сожалений и воспоминаний?

Так и получается, что эта живущая в мечтах и мифах близость, неразрывная связь между матерью и ребенком, ребенком и матерью дается нам изначально, как шанс, как сообщение о том, как оно может быть, но что, не подкрепленное усилием и трудом души и ума, оно так и не становится реальностью.

Возьмите себе за правило: время, которое вы проводите с ребенком – это только его время. Подобно тому, как вы легко говорите ребенку: «Я занята, мне надо убрать, помыть, погладить. Я занята, что ты, не видишь, что я разговариваю, читаю, смотрю телевизор», – точно так же скажите подруге, знакомым: «Я занята, мы играем, читаем, разговариваем», – добейтесь доверия, гарантируйте ребенку, что его время – только его, докажите ему, что он вам важен, нужен, интересен, по крайней мере важнее недомытой посуды или болтовни по телефону, а может быть, даже выхода в свет. И в следующий раз он вас тоже поймет, потому что и у вас, и у него есть еще и свои дела, и они тоже важны и нужны. Это длинная дорога, но она того стоит.