Крымская война 1853-1856 гг.

Кавказский театр военных действий.

Учитывая все это, турецкое командование не сомневалось в успехе. Четыре корпуса[36] Анатолийской армии, сосредоточенные в Батуме, Ардагане, Карсе и Баязете, должны были смять пограничные отряды русских и наступать на Тифлис. Вместе с тем с севера на Тифлис ожидалось наступление отрядов Шамиля. Одновременно на Черноморском побережье Грузии турецкий флот должен был высадить крупный десант с задачей перерезать коммуникации оборонявшихся. После этого разгром русских кордонов, растянутых на сотни километров вокруг Кавказского хребта, представлялся неминуемым. «Царь должен быть отброшен за Терек и Кубань; это окончательно решено в совете союзных держав», — гласило письмо турецкого командования Шамилю, перехваченное казаками[37].

Первым двинулся на Тифлис Шамиль. Торопясь использовать благоприятное для действий в горах время года, он не стал дожидаться наступления турецкой армии, и уже 6 сентября 1853 г. его 15-тысячный отряд попытался прорвать русскую кордонную линию у селения Закаталы. Однако, несмотря на подавляющий перевес в силах, нападавшие были разбиты и отброшены обратно в горы впятеро слабейшим русским отрядом. Тогда, проделав большой переход по горным тропам, Шамиль осадил недостроенный кордонный пост Месельдегер, занятый всего двумя ротами гарнизона, не имевшего к тому же достаточных запасов пороха, продовольствия и воды. Пять суток подряд стояли насмерть героические защитники поста, страдая от голода и жажды, штыками отбили два штурма и продержались до подхода подкреплений, обративших противника в бегство.

Поражение Шамиля было первым ударом по планам турецкого командования. За ним последовал и второй: 6 октября на Черноморском побережье Грузии высадилась русская пехотная дивизия, переброшенная из Севастополя на кораблях Черноморского флота.

Для того чтобы понять, какой неожиданностью было для турок прибытие в Закавказье этой дивизии, следует знать, что транспортировка значительных контингентов войск на парусных судах требовала весьма длительного времени. Осенние же бури и угроза со стороны турецкого флота должны были еще более осложнить действия подобного рода, так что турецкое командование оставалось на этот счет совершенно спокойным. Легко представить себе, какое впечатление произвело на противника сообщение о том, что русские моряки блестяще справились со своей задачей за один рейс, в течение всего лишь 8 дней.

После этого русский Черноморский флот продолжал активное крейсерство на морских коммуникациях противника, одержав несколько замечательных побед. Так, например, 17 ноября 1853 г. пароходо-фрегат «Владимир», шедший под флагом адмирала Корнилова, в упорном бою принудил к сдаче турецкий пароходо-фрегат «Перваз-Бахри», а спустя четыре дня фрегат «Флора» искусной обороной заставил обратиться в бегство три вражеских пароходо-фрегата, тяжело повредив один из них.

Бой парохода «Владимир» с турецким пароходом «Перваз-Бахри» 17 ноября 1853 г. Худ. А. Боголюбов.

Прибытие свежей дивизии, устранение на время опасности со стороны отрядов Шамиля и патриотический подъем народов Закавказья, выставивших более чем 10-тысячное ополчение, позволили русскому командованию сформировать 30-тысячный Действующий корпус, отряды которого существенно усилили гарнизоны пограничных крепостей.

Обрадованный улучшением обстановки в Закавказье, Николай I потребовал немедленного перехода в наступление на главную турецкую крепость — Карс. Но командующий Действующим корпусом генерал Бебутов воспротивился такой авантюре: Анатолийская армия турок продолжала оставаться более чем втрое сильнее русских отрядов, и попытка осадить крепость врага при таком соотношении сил могла окончиться катастрофой. Решено было выждать наступления противника и попытаться разбить его в поле, где шансы сторон несколько уравнивались.

Турецкая армия нанесла свой первый удар на Кутаисском направлении. В ночь на 27 октября 7-тысячный отряд ее Батумского корпуса напал на пограничный приморский пост св. Николая. Целую ночь маленький гарнизон поста героически отбивал атаки противника, а когда кончились боеприпасы, оставшиеся в живых бросились в штыки и пробились к своим.

Захватив пост и учинив там зверскую расправу над мирным населением, турки устроили завалы на пути подхода русских резервов, рассчитывая уничтожить их огнем из засады. Однако первый же русский отряд, подошедший к завалам, спутал все карты захватчиков. Обнаружив засаду, русские атаковали ее не как обычно сомкнутой колонной, а рассыпным строем, издавна применявшимся кавказскими пластунами в борьбе с врагом; атаковавшие без больших потерь сошлись с противником врукопашную и обратили его в бегство. Только поспешно разрушив мост через реку, турки смогли спастись от полного разгрома и получили возможность укрепиться в захваченном посту.