Крымская война 1853-1856 гг.

Вскоре находившаяся поблизости казачья сотня под командованием есаула Афанасьева скрытно подошла к противнику сзади и внезапно атаковала его. Тогда Крохин повернул на врага и своих казаков. Турецкий кавалерийский полк был разбит.

Бои под Турно и Расту продемонстрировали высокие боевые качества казачьей конницы, которой сравнительно мало коснулась мертвящая регламентация николаевских уставов. Тактика этой конницы, опиравшейся в своих действиях на богатый военный опыт нескольких столетий, оказалась в новых условиях боя наиболее передовой, ей впоследствии стала подражать вся кавалерия в целом.

Поражения турецких войск в боях под Турно и Расту привели к тому, что командир Калафатского отряда турок генерал Ахмет-паша почти целый месяц не решался возобновить наступление, подтягивая к себе всё новые резервы, пока, наконец, не довел свои силы до 20 тысяч человек. Примерно в это же время он получил точные сведения и о силах русских. Против него стояли лагерями в 25–30 км друг от друга три русских пехотных полка, усиленные кавалерией и артиллерией, численностью до 2 тысяч человек каждый. Таким образом, перед 20-тысячным турецким отрядом открывалась возможность разбить один за другим вдесятеро слабейшие отряды русских и открыть себе дорогу в тыл главных сил Горчакова, расположенных у Бухареста.

31 декабря Ахмет-паша попытался разгромить силами своей конницы Тобольский пехотный полк, стоявший в селе Четати (к северу от Калафата). Турецкая конница внезапной атакой ворвалась в село, но попала под перекрестный огонь стрелков, рассыпавшихся за плетнями. Затем передние ряды атаковавших были встречены картечью замаскированных орудий, и стремительная контратака тобольцев обратила противника в беспорядочное бегство.

6 января 1854 г. турки повторили нападение силами всего своего отряда. Свыше трех часов подряд отбивали тобольцы натиск противника, укрывшись за валом, которым было обнесено село, а когда туркам удалось обойти их с тыла, командир русского полка полковник Баумгартен организовал отход с боем на более выгодную позицию за околицей, выбив оттуда вражескую конницу. На этой позиции русские оборонялись с прежним упорством. Был случай, когда две роты тобольцев бросились в штыки на три турецких кавалерийских полка и с помощью эскадрона гусаров и сотни казаков обратили вспять несущуюся на них лавину. После напряженного пятичасового боя силы оборонявшихся стали подходить к концу: две трети солдат и офицеров вышли из строя, боеприпасы оказались на исходе. Однако героический полк продолжал стоять насмерть, штыками отбиваясь от наседавшего врага.

Стойкость и боевое мастерство тобольцев позволили им продержаться до подхода подкреплений. На помощь товарищам, пройдя свыше 30 км напрямик — по пашням и лугам, — подоспел Одесский егерский полк и, отвлекая противника на себя, с хода бросился в атаку на турок. Атака егерей потерпела неудачу, но тобольцы, благодаря самоотверженности их боевых товарищей, были спасены.

Вскоре турецкие дозоры донесли Ахмет-паше о появлении и третьего русского полка, грозившего отрезать путь к Калафату. При известии об этом турки обратились в беспорядочное бегство. Достаточно было свежему русскому полку атаковать деморализованного противника, и отряд Ахмет-паши перестал бы существовать. Но командир полка, бездарный генерал Анреп, бывший вместе с тем начальником всего русского отряда под Калафатом, предпочел выжидать «прояснения обстановки», до тех пор пока остатки турецкого отряда не скрылись в своем лагере.

После поражения у Четати турецкое командование на время прекратило активные боевые действия в районе Дуная, ожидая поддержки со стороны вооруженных сил Англии и Франции. Что же касается самого боя при Четати, то он в течение целого полустолетия продолжал рассматриваться в военной литературе как классический образец обороны селения.

Еще более неблагоприятно складывалась вначале для России обстановка в Закавказье.

Здесь почти все русские войска была растянуты цепью застав вокруг горных районов, занятых отрядами Шамиля и его наместников, так что на русско-турецкой границе оставались только небольшие гарнизоны древних, полуразвалившихся крепостей Ахалцых, Ахалкалаки, Александрополь и Эривань — всего около 5 тыс. человек. Перебросить им на помощь сколько-нибудь значительное количество войск с кордонной линии представлялось невозможным, так как это открыло бы дорогу Шамилю. Подкрепления же из центральной России могли прибыть сюда лишь через несколько месяцев.

Значительно осложнял оборону Закавказья и характер театра военных действий. Труднопроходимые хребты делили его на четыре направления: Батум — Кутаис, Ардаган — Ахалцых, Карс — Александрополь и Баязет — Эривань, в силу чего пограничные отряды оборонявшихся лишены были возможности оказывать друг другу быструю помощь. Да и на указанных направлениях единственными путями сообщения служили караванные тропы, годные для движения лишь в сухое время года, так что зимой никакие серьезные боевые действия были здесь невозможны.