Кто проторил дорогу к пакту?

Для сведения. В данном случае необходимо также иметь в виду еще и следующее. Незадолго до начала фазы активного содействия заваливанию заговора Тухачевского, по инициативе Лондона произошел малоизвестный англо-американский предмюнхенский сговор, в основе которого лежало четкое понимание высшим руководством Великобритании того обстоятельства, что мировое лидерство постепенно переходит к непрерывно набирающим невиданную экономическую мощь Соединенным Штатам Америки, без участия которых запланированная Вторая мировая война не обойдется. Именно поэтому-то в процессе этого малоизвестного сговора лидеры англосаксонского Запада договорились между собой о том, по какой конкретно «технологии» они безальтернативно исключат Советский Союз как предотвращающий «вступление Германии в войну» важнейший фактор не только европейского, но и мирового значения! Причем при одновременном обеспечении нацистской Германии возможности быстрого достижения необходимого уровня военной и военно-экономической готовности, а также стратегического плацдарма для немедленного развязывания войны на восточном азимуте! Частично об этом уже говорилось выше. Однако, учитывая особую важность нижеизлагаемых фактов, полагаю целесообразным напомнить их в сочетании с приведением новых. Свидетельствует добытая нелегальной резидентурой советской разведки в США агентурная информация о состоявшемся 29 января 1937 г. обмене мнениями между президентом США Ф.-Д. Рузвельтом и специальным представителем британского кабинета министров С. Болдуина – Рэнсименом. От имени США Рузвельт заявил на этих переговорах следующее: «Если произойдет вооруженный конфликт между демократией и фашизмом, Америка выполнит свой долг. Если же вопрос будет стоять о войне, которую вызовет Германия или СССР, то она будет придерживаться другой позиции, Америка сохранит свой нейтралитет. Но если СССР окажется под угрозой германских, чисто империалистических, то есть территориальных стремлений, тогда должны будут вмешаться европейские государства, и Америка станет на их сторону»![381] В ответ на это Рузвельт услышал от Рэнсимена пассаж о том, что-де «в основе каждого нападения фашистов или их вассалов на СССР будут лежать империалистические мотивы»![382] Однако по состоянию на начало 1937 г. непосредственной, прямой угрозы для СССР со стороны гитлеровской Германии не было. Гитлер не только был еще весьма далек от советских границ, не знал, как к ним подобраться, но и слаб был в военно-экономическом отношении. В то же время была очевидна серьезная общая угроза миру и безопасности в Европе в связи с воцарившимся в Германии нацистским режимом. Естественно, что такого же характера угроза существовала и для СССР. Отсюда и вопрос, – а что же тогда на самом-то деле обсуждали Рузвельт и Рэнсимен?! Так вот, под прикрытием внешне красивых рассуждений о «демократии», в тот момент обсуждалась стержневая, краеугольная часть уже существовавшего у Великобритании преступного замысла по сговору с Гитлером! Потому что, как тогда же документально точно было установлено советской разведкой, накануне их встречи британский посол в США Линдсей через госсекретаря Хэлла официально проинформировал высшее американское руководство о том, что между Лондоном и Парижем достигнуто соглашение о «совместном общем плане действий[383] Англии и Франции»[384]. Первый пункт составленного, кстати говоря, А. Иденом и министром иностранных дел Франции Дельбосом плана, по словам Линдсея, гласил: «1. Будет сделана новая попытка достигнуть соглашения с Берлином»![385] В беседе с госсекретарем Хэллом Линдсей затронул и вопрос о неготовности Гитлера к войне, обратив при этом особое внимание, что Гитлер испытывает более острый дефицит сырья, нежели о том известно. За признанием этого факта отчетливо проглядывается подлинный страх Великобритании по поводу возможного комплексного урегулирования советско-германских отношений, стержнем чего, в силу исторически сложившейся традиции, станет урегулирование торгово-экономических отношений между СССР и Германией. Потому что в то время Лондон до белого каления был взбешен:

– официальными контактами Д. Канделаки в попытках хоть как-то нормализовать резко ухудшившиеся советско-германские отношения – как торгово-экономические, так и межгосударственные;

– интенсивными попытками Советского Союза предотвратить нарастание угрозы гитлеровской агрессии не только в Европе, но и прежде всего против самого себя.