Кто проторил дорогу к пакту?

Исторически центральный механизм европейского равновесие сложился следующим образом. Вслед за любыми договорами о дружбе и сотрудничестве или ненападении и нейтралитете какого бы то ни было государства с Германией, в самые же кратчайшие сроки со стороны посчитавшего себя ущемленным этим государства последует адекватная реакция в виде аналогичных же договоров все с той же Германией! Но ведь дело еще и в том, что как Германия, так и Россия априорные альфа и омега в европейских делах, особенно в вопросах европейского равновесия. Не было это секретом и в те времена.

За примерами далеко ходить не надо – взять хотя бы только начало XX столетия. Прежде чем спровоцировать Первую мировую войну, Великобритания сотворила нечто вроде пакта о ненападении на так называемом джентльменском уровне – на уровне венценосных особ была достигнута устная договоренность о нежелательности взаимного пролития крови. Кроме того, в роли пакта о ненападении выступил и малоизвестный Багдадский пакт 1914 г. (своего рода прототип Мюнхенской сделки 1938 г.), после которого дубоватый кайзер, поверив Англии, развязал Первую мировую войну. В 1918 г. Россия официально и сепаратно вышла из Первой мировой войны по Брест-Литовскому договору от 3 марта 1918 г. – по факту своей победы в этой войне Запад силой принудил Германию подписать унизительный Версальский мир в 1919 г., согласно которому Германия не просто территориально урезалась, а урезалась с одной целью – развести ее и Россию как можно дальше географически. В 1922 г. Советская Россия и Веймарская Германия подписали знаменитый Рапалльский договор. И тогда же Запад начал первые предлокарнские маневры. И в конце концов ответил подписанием в октябре 1925 г. пресловутых Локарнских соглашений, суть которых сводилась к пакту о ненападении между Западом и Германией. В ответ 24 апреля 1926 г. СССР заключил с Германией двухсторонний договор о нейтралитете и ненападении. Запад, в свою очередь, с 1926 по 1932 г. последовательно осуществлял целую серию мероприятий по максимальной нейтрализации просоветской ориентации Германии. Втащил ее в Лигу Наций. Полностью снял военный контроль. Привлек ее к участию в пресловутом пакте Келлога – Бриана (своего рода глобальное подобие Локарнских соглашений). В соответствии с принятым «планом Юнга» резко ослабил бремя репарационных платежей для Германии. Одновременно попытался втянуть Германию в организацию нового антисоветского похода на Восток. В ответ весной 1931 г. СССР добился пролонгации договора от 1926 г. еще на пять лет. Запад в свою очередь предпринял максимум усилий, чтобы не допустить ратификации протокола о пролонгации (как указывалось выше, он был ратифицирован только в мае 1933 г., то есть уже после привода Гитлера к власти). СССР избрал тактику подписания двухсторонних договоров о ненападении со всеми странами, граничащими с ним, дабы перекрыть любые лазейки для организации агрессии против себя с Запада, и добился очень значительных успехов на этом направлении. В ответ Запад привел к власти в Германии Гитлера, который немедленно начал рвать всю ткань международных отношений в Европе, в том числе и систему двухсторонних договоров о ненападение, пытаясь прорваться к границам СССР. Советский Союз, в свою очередь, начав с идеи Восточного пакта, довел дело до подписания в 1935 г. с Францией и Чехословакией перекрещивающихся договоров о взаимопомощи в отражении агрессии. Запад тут же перешел к тактике целенаправленного их дезавуирования и одновременно к политике «экономического умиротворения» Гитлера. Цель – в кратчайшие сроки экономически накачать Германию и толкнуть ее на Восток. СССР попытался реанимировать резко ухудшившиеся с приходом Гитлера межгосударственные отношения Германии и СССР, в основном за счет активизации торгово-экономических связей – Запад активно противодействовал этому всеми силами, и в конце концов в повестку дня выдвинулся принцип будущей Мюнхенской сделки.

Так вот особая подлость предательского заговора Тухачевского и К° состояла еще и в том, что вслед за его ликвидацией для Запада открылась не только дорога к Мюнхенской сделке Запада с Гитлером, но и к вынуждению СССР к заключению с Германией не столько даже договора о ненападении, сколько соглашения об образовании совместной границы. Проще говоря, с момента заключения этого договора, который затем вынужденно был дополнен и договором о границе, у Гитлера появился рубеж, с которого он мог начать свою атаку на СССР. Сталин и Молотов это прекрасно понимали еще до подписания договора о ненападении[390].