Кто проторил дорогу к пакту?

Как известно, этот ответ омрачил Гитлера, и он стал торопиться, пойдя на то, чтобы 20 августа лично обратиться к Сталину[402]. Сталин же ответил только в 17.00 21 августа, дав согласие на прибытие Риббентропа 23 августа[403]. Передавая же ответ Сталина германскому послу, Молотов сделал интересное заявление, которое, как правило, по неизвестным причинам выскальзывает из поля зрения исследователей. Он заявил тогда, «что советское правительство хочет, чтобы самое позднее завтра утром в Москве было опубликовано короткое деловое коммюнике о предполагаемом заключении пакта о ненападении и “ожидаемом” прибытии имперского министра иностранных дел». Сообщая об этом, германский посол подчеркнул, что «Молотов просит согласия Германии на это к полуночи». И далее германский посол уже от себя указывает: «Советую согласиться, поскольку советское правительство уже зарезервировало эту публикацию»[404]. Детали эти очень важные. И вот почему. Контрнаступление советских войск на Халхин-Голе развивалось успешно, и потому Сталин решил всерьез добить японцев еще и морально – заранее опубликовать коммюнике о предполагаемом заключении договора о ненападении и визите Риббентропа. Япония действительно была в шоке, который достиг своего апогея, когда стало известно о том, что договор уже подписан.

Любопытно, что тот же британский мерзавец, который подписал договор о «дальневосточном Мюнхене» – посол Великобритании в Японии Р. Крейги, – в телеграмме от 25 августа 1939 г. на имя министра иностранных дел Великобритании лорда Э. Галифакса указывал: «Все говорит о том, что сообщение о советско-германском пакте о ненападении явилось для японцев сильным потрясением…»[405]

В Токио действительно это было расценено как коварство со стороны Берлина, потому как он должен был прийти на помощь Японии. Ведь в том и был весь расчет британских негодяев, устроивших «дальневосточный Мюнхен». Они откровенно рассчитывали на то, что так или иначе, но в вооруженный конфликт с СССР ввяжется коалиция государств, прежде всего сама Германия, а также Италия. Не вышло. Гитлеру в тот момент вовсе не с руки было оставлять под угрозой свой тыл на Западе. Муссолини тем более не горел желанием лезть в какую-либо серьезную драку.

Короче говоря, тогда Сталину удалось, как оказалось впоследствии, раз и навсегда вбить такой осиновый кол в германо-японские отношения, усилив его еще подписанием 13 апреля 1941 г. с Японией договора о ненападении, что в дальнейшем Токио так и не рискнул напасть на СССР после 22 июня 1941 г. Хотя Берлин делал все, чтобы вынудить Японию к этому шагу. Правда, это не означало, что Япония вела себя прилично. Отнюдь. Всю войну пакостила как самый мерзкий шкодливый кот.

Однако и это еще далеко не все из того, что связано с ликвидацией заговора Тухачевского и что привело Сталина к мысли об особой необходимости все-таки пойти на подписание договора о ненападении с Германией. Помните, на стенах учебных классов в советских средних школах всегда висели портреты великих русских ученых. Был там и портрет великого русского математика Лобачевского. А под портретом прекрасный его девиз: «Арифметику уже затем учить надо, что она ум в порядок приводит»! Так вот, об арифметике, которая в данном случае имеет особое значение в связи с проблемой нейтрализации коалиции агрессоров. По состоянию на август 1939 г. коалиция наиболее вероятных и уже связанных между собой пактами о военном взаимодействии, в том числе для нападения на Советский Союз, основных противников в лице нацистской Германии, фашистской Италии и милитаристской Японии имела вооруженные силы общей численностью более 8 млн 233 тыс. человек! В том числе сухопутные силы Германии (с учетом резервной армии) составляли 3 млн 700 тыс. человек. С учетом же ВВС и ВМФ, а это соответственно 373 и 160 тыс. чел., общая численность вооруженных сил «миротворца» Гитлера в августе 1939 г. составляла 4 млн 233 тыс. человек!

Вооруженные силы фашистской Италии составляли 1 млн 750 тыс. человек!

Вооруженные силы милитаристской Японии – 1 млн 240 тыс. человек!

Каким же образом перед лицом такой коалиции Сталин не должен был учитывать фактическую слабость РККА, которая еще и не насчитывала даже двух миллионов человек?! Не говоря уже о том, что каким же умопомрачением надо было страдать, чтобы усмотреть в такой численности РККА того же периода нечто вроде проявления «агрессивных амбиций» Сталина?!