Читаем Кто Вы, «Железный Феликс»? полностью

В Украине председатель ВЧК дал право В.Н. Манцеву организовать охрану границы по губерниям. Там при каждой пограничной губЧК был образован особый отдел по охране границы с подчинением губЧК и особому отделу по охране границ при Киевском военном округе; права и взаимоотношения губЧК и особого отдела при Киевском военном округе урегулированы особым положением. «Эта система по-моему самая правильная, — писал Дзержинский Уншлихту 15 августа 1921 г. — согласно принципу: единая чекистская власть в пределах губернии. Я не настаиваю на проведении этой системы всюду, но категорически возражаю против ломки установившейся системы на Украине без согласия т. Манцева и Раковского (их персонально)». Он выразил недоумение позицией П.К. Студеникина, который «не зная истории», только из его записки узнал «о системе охраны укр(аинской) границы», казалось бы, по должности он должен был быть об этом осведомлен и «приказал выполнить принятое решение…»{509}.

Дзержинский неоднократно обращал внимание членов Колегиии ВЧК на важность деловых отношений с украинскими чекистами: «…До сих пор наши взаимоотношения не совсем нормальны. Есть взаимная сдержанность и взаимные чепуховые претензии, которые при желании легко разрешаются и которые в интересах дела борьбы с врагами должны быть разрешены. Связь не может осуществляться только через меня.

ВЧК должна с ВУЧК завязать связь повседневную, дружескую, товарищескую. Тов. Уншлихт является повседневным руководителем борьбы, а не я. Он получает директивы от ЦК и других высших органов. Поэтому я и говорил ему, что он должен поехать, познакомиться, связаться, рассеять недоразумения, представиться украинскому правительству и т. д.»{510}.

Дзержинский считал, что организационными принципами построения ЧК Украины должны быть: единое руководство всеми органами РТЧК, особыми отделами и губЧК; все распоряжения ВЧК передаются через Цупчрезком; отчетность перед ЦК и некоторая самостоятельность местных ЧК в отношениях с губкомами там, где партийно — советская жизнь не совсем налажена; право перевода за Цупчрезкомом, назначение председателя только с согласия ЦК РКП(б){511}. Он обратил внимание на формирование Крымской ЧК. В записке И.С. Уншлихту, ссылаясь на вновь назначенного председателя КрымЧК Розенгольца, писал, что там процветают «уголовщина, пьянство, грабежи», и пока в этой ЧК будут деклассированные матросы, «хулиганство не прекратиться»{512}.

5 апреля 1921 г. Политбюро ЦК РКП (б), обсудив просьбу Крымобласткома постановил: «Создать в Крыму сильную ЧК с подчинением ей всех особотделов Крыма (армии и флота), Признать необходимым особые отделы армии и флота подчинить Крымчека. Поручить т. Дзержинскому организационно и персонально провести в жизнь»{513}.

6 июня 1921 г. председатель ВЧК провел совещание в Киеве с участием руководящих работников Красной Армии, П.Е. Дыбенко и др., члена Коллегии ВЧК В.Н. Манцева, начальника укрепленного района Одессы. Было установлено, что учреждения Морского ведомства во многих случаях были притонами белогвардейцев. По вине его руководителей в Одессе произошло в порту две аварии: английский пароход «Камилла Джильберт» с грузом с 8 тыс. тонн угля был посажен на мель, а тральщик «Бессарабец» наскочил на давно затонувшую подводную лодку. «Обе аварии, — отметил Дзержинский, — результат преступного бездействия и разгильдяйства чинов Морведа в течение долгого времени до катастрофы». Поэтому Дзержинский предложит создать специальную структуру для наблюдения за Морским ведомством. В последующем, 26 ноября 1921 г. он отдал распоряжение о создании в Особом отделе ВЧК морской части, «иначе флот всегда будет вне нашего ока»{514}.

14 сентября 1918 г. Дзержинский подписал «Положение ВЧК о губернских и уездных чрезвычайных комиссиях» и предложил немедленно приступить к организации губернских ЧК, которые должны разделяются на четыре главных отдела: 1) отдел но борьбе с контрреволюцией, 2) отдел по борьбе со спекуляцией, 3) отдел по борьбе с преступлением по должности и 4) отдел иногородний; в менее важных губернских городах отдел по борьбе с контрреволюцией и отдел по борьбе с преступлением по должности могут быть совмещены в один отдел. ГубЧК и УЧК могут назначать в отдельные пункты комиссаров. В качестве вспомогательных отделов при губЧК создаются хозяйственный отдел и комендатура. Дзержинский подчеркнул, что «только при этой организации чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлением по должности выполняет те задачи, которые на нее возложены».

Перейти на страницу:

Все книги серии Секретные миссии (Аква-Терм)

Кто Вы, «Железный Феликс»?
Кто Вы, «Железный Феликс»?

Оценки личности и деятельности Феликса Дзержинского до сих пор вызывают много споров: от «рыцаря революции», «солдата великих боёв», «борца за народное дело» до «апостола террора», «кровожадного льва революции», «палача и душителя свободы».Он был одним из ярких представителей плеяды пламенных революционеров, «ленинской гвардии» — жесткий, принципиальный, бес— компромиссный и беспощадный к врагам социалистической революции.Как случилось, что Дзержинский, занимавший ключевые посты в правительстве Советской России, не имел даже аттестата об образовании?Как относился Железный Феликс к женщинам?Почему ревнитель революционной законности в дни «красного террора» единолично решал судьбы многих людей без суда и следствия, не испытывая при этом ни жалости, ни снисхождения к политическим противникам?Какова истинная причина скоропостижной кончины Феликса Дзержинского?Ответы на эти и многие другие вопросы читатель найдет в книге.

Александр Михайлович Плеханов

Биографии и Мемуары / История

Похожие книги

120 дней Содома
120 дней Содома

Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым «проклятыми». Трагичны и достойны самостоятельных романов судьбы его произведений. Судьба самого известного произведения писателя «Сто двадцать дней Содома» была неизвестной. Ныне роман стоит в таком хрестоматийном ряду, как «Сатирикон», «Золотой осел», «Декамерон», «Опасные связи», «Тропик Рака», «Крылья»… Лишь, в год двухсотлетнего юбилея маркиза де Сада его творчество было признано национальным достоянием Франции, а лучшие его романы вышли в самой престижной французской серии «Библиотека Плеяды». Перед Вами – текст первого издания романа маркиза де Сада на русском языке, опубликованного без купюр.Перевод выполнен с издания: «Les cent vingt journees de Sodome». Oluvres ompletes du Marquis de Sade, tome premier. 1986, Paris. Pauvert.

Маркиз де Сад , Донасьен Альфонс Франсуа Де Сад

Биографии и Мемуары / Эротическая литература / Документальное
Адмирал Советского флота
Адмирал Советского флота

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.После окончания войны судьба Н.Г. Кузнецова складывалась непросто – резкий и принципиальный характер адмирала приводил к конфликтам с высшим руководством страны. В 1947 г. он даже был снят с должности и понижен в звании, но затем восстановлен приказом И.В. Сталина. Однако уже во времена правления Н. Хрущева несгибаемый адмирал был уволен в отставку с унизительной формулировкой «без права работать во флоте».В своей книге Н.Г. Кузнецов показывает события Великой Отечественной войны от первого ее дня до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное