Куда летит время. Увлекательное исследование о природе времени

Результаты исследования были вполне очевидны: во всех опросных группах среднее оценочное значение скорости времени по каждому из промежутков составило 1 (то есть «быстро»); между ответами представителей разных возрастных групп не оказалось статистически значимых различий, и мало было видно, что пожилые люди больше, чем молодые, чувствовали ускорение времени. Небольшое расхождение обозначилось только по одному вопросу: лица старшего возраста чаще склонялись к мысли, что последние десять лет пролетели быстро, но влияние возрастного фактора выражалось достаточно слабо и достигало пика, по всей видимости, к пятидесяти годам. Все респонденты в возрасте от пятидесяти до девяноста лет и более заявили, что минувшее десятилетие прошло почти с той же скоростью, что и раньше (оценка «1»).

Аналогичный эксперимент, проведенный в 2010 году при участии более тысячи семисот датчан от шестнадцати до восьмидесяти лет, выявил все те же закономерности. В очередной раз представители разных возрастных групп в среднем оценили течение каждого промежутка времени длительностью от одной недели до десяти лет как быстрое («1»). Выступившие в роли инициаторов опыта Уильям Фридман из Оберлинского колледжа и Стив Янссен, сотрудник Дьюкского и Амстердамского университетов, не обнаружили статистически значимой разницы между ответами представителей разных групп, за исключением небольшого численного превосходства лиц старшего возраста среди тех, кто расценивал скорость течения времени как высокую («1»). Как и в исследованиях Виттманна и Ленхофф, наблюдалась незначительная тенденция к большей распространенности чувства ускорения времени за последние десять лет прямо пропорционально возрасту – во всяком случае, зависимость сохранялась до достижения респондентами пятидесятилетнего возраста, после чего субъективные оценки скорости течения времени выравнивались.

С незначительными расхождениями в данных Фридман и Янссен заметили, что результаты анкетирования были связаны не с возрастом, а с интенсивностью субъективного ощущения цейтнота, которое испытывали респонденты на момент опроса. Помимо вопросов о скорости течения времени, Янссен и Фридман также предъявляли испытуемым ряд заявлений, позволявших судить о степени выраженности чувства занятости: к примеру, «Нередко мне не хватает времени, чтобы сделать все, что нужно, или то, что хочется» или «Мне часто приходится спешить, чтобы гарантированно все успеть». Варианты ответов ранжировались по шкале от –3 («категорически не согласен») до +3 («полностью согласен»), а результаты опроса точно отображали восприятие времени: те, кто утверждал, что часы, недели и годы проходят «быстро» или «очень быстро», чаще сообщали, что чувствуют себя занятыми и не успевают выполнить все запланированные дела, намеченные на тот или иной день. В 2014 году исследователи повторили эксперимент с участием более восьмисот японцев всех возрастных групп и получили практически идентичные результаты. Все опрошенные говорили, что по их ощущениям иллюзия ускорения времени связана не с возрастом, а с дефицитом времени, что объясняет, почему люди любого возраста утверждают, что время ускоряет ход: по сути, только нехватка времени – единственное, что ощущается всеми практически одинаково. «Каждому человеку кажется, что время летит быстро в любом масштабе», – сказал мне Янссен.

ОЩУЩЕНИЕ УСКОРЕНИЯ ВРЕМЕНИ В БОЛЬШЕЙ СТЕПЕНИ ЗАВИСИТ ОТ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО СОСТОЯНИЯ ЧЕЛОВЕКА И ОТ ТОГО, НАСКОЛЬКО ЗАНЯТЫМ ОЩУЩАЕТ СЕБЯ ИСПЫТУЕМЫЙ, А НЕ ОТ ВОЗРАСТА