Квалификация преступления со специальным субъектом

Представляется, что последнее обоснование повышения возраста уголовной ответственности, хотя и заслуживает внимания, но вряд ли может быть принято законодателем, поскольку в данном случае, как и в вышеприведенных примерах, мы можем скорее говорить о признаках специального субъекта преступления, а это, в свою очередь, требует более тщательного изучения и исследования указанных особенностей в современных условиях развития науки и техники, а также профессиональной пригодности людей.

В несколько ином плане была поставлена проблема повышения возраста уголовной ответственности в законодательстве практически за все преступления без исключения. При этом возрастную границу уголовной ответственности предлагалось поднять до 20 вместо 18 лет [182].

Думается, что данное предложение требует основательной аргументации на фоне не только сложной криминогенной обстановки в стране, но и непрекращающегося роста преступности несовершеннолетних. Повышение возрастной планки уголовной ответственности за все виды преступлений до 20 лет трудно объяснить в условиях ежегодного увеличения числа тяжких, особо тяжких и других преступных деяний гуманистическими соображениями. И здесь следует согласиться с И. В. Волгаревой, правильно отмечающей, что гуманизм в законодательстве лишь тогда истинно гуманен, когда он не вступает в противоречие с социальной справедливостью, а также неотвратимостью ответственности и другими принципами уголовного права[183], которые в нашей стране впервые нашли свое законодательное закрепление в Уголовном кодексе РФ 1996 г.

Представляется, что повышение возрастного порога уголовной ответственности должно быть не тотальным, а избирательным, оно должно производиться с учетом специфики самого общественно опасного деяния, особенностей лица, а также его правового положения. Чаще всего, как отмечалось ранее, речь в таких случаях идет о специальном субъекте преступления, обладающем или наделенном дополнительными признаками по отношению к общему субъекту.

Подтверждает наши выводы и анкетирование судебных и прокурорско-следственных работников, которые в подавляющем большинстве своем – 89,1 % – высказались против повышения возраста уголовной ответственности до 20 лет.

Однако данная проблема должна рассматриваться еще и параллельно с проблемой установления предельной возрастной границы уголовной ответственности для лиц, совершивших преступление в пожилом или старческом возрасте. Причем юристы и психологи высказывают самые различные мнения, которые требуют комплексного научного обоснования не только в рамках данных направлений, но и с позиции медицины.

Представляется не бесспорным утверждение Л. В. Боровых о якобы возникшей потребности в специальном уголовно-правовом механизме по реализации ответственности пожилых людей за совершенные преступные деяния[184]. Думается, что такой потребности в настоящее время нет, поскольку границы пожилого и старческого возраста условны и для каждого человека, исходя из физиологических и индивидуальных особенностей его организма и образа жизни, они будут разными. Поэтому лица пожилого и старческого возраста, совершившие преступление во вменяемом состоянии, способны нести уголовную ответственность на общих основаниях в соответствии с ч. 1 ст. 20 УК РФ 1996 г.

Другое дело, когда речь идет о человеке, утратившем способность осознавать свои действия и ориентироваться в конкретной обстановке в связи с болезненным состоянием и расстройством психики. В этом случае следует решать вопрос о его вменяемости или невменяемости путем проведения судебно-психиатрической экспертизы. При подобном подходе, как замечает О. Д. Ситковская, установление верхнего возрастного порога уголовной ответственности уже теряет смысл, так как проблема переводится на уровень категорий вменяемости и невменяемости[185]. Вместе с тем нельзя в категоричной форме исключать решение данной проблемы в дальнейшем. Следует согласиться с аргументированным утверждением Р. И. Михеева о том, что преступность лиц пожилого и старческого возраста является самостоятельным объектом исследования не только уголовного права и криминологии, но и уголовно-исполнительного права, что проблема эта еще недостаточно разработана в юридической науке и нуждается в дальнейшем изучении[186].

Следовательно, субъект преступления как физическое лицо, обладающее возрастом, предусмотренным в законе, и вменяемостью, как уже раньше было отмечено, даже в преклонные годы (65–75 и более лет) не освобождается от уголовной ответственности. Однако суд, назначая и индивидуализируя уголовное наказание в каждом конкретном случае, не должен игнорировать, а, наоборот, обязан учитывать пожилой и старческий возраст лица, совершившего преступление.