Квартирник у Маргулиса. Истории из мира музыки, которые нас изменили

– А скажите, братцы, вы оба пишущие, как вы решаете, кому петь, кому не петь?

Ш.: Давай я тебе расскажу. Все песни, которые я пою, на них написал тексты, либо музыку и тексты мой дядя Михаил Карасев. Он живет в Израиле, лидер группы «Солнечная сторона». «Мой рок-н-ролл», например, его текст. «Мой рок-н-ролл» мог вообще не попасть в сет-лист группы «Би-2». Попал он таким образом – я начал музыку придумывать в году 93-м, в Австралии, и играл ее на фестивалях. Приехал Левчик, мы записали альбом «Брат-2» – популярны в России. Мы выезжаем в первый тур, играем на стадионах, последними. Мы сыграли десять песен, народ просит еще, а у нас больше нету. Тогда мы играли три раза «Варвару», четыре раза «Полковника», пять раз «Серебро». Лева говорит: «Шурик, у тебя же там это было: «И то, что было…» Слушай, ты давай там подпой с парнями, быстренько сделай, а я пойду передохну хоть, покурю». Вот таким образом песня появилась. Я решил ее записать, но решил вставить уже симфонический оркестр, минимализм, современную классическую музыку, Юлию Чичерину.

– Я ее вчера, кстати, слушал.

Л.: Кого? Чичерину?

– Да, я слушал. Не, на самом деле, вчера, когда беседовали с Шуриком, я подумал – давай попробуем спеть «Мой рок-н-ролл», а потом понял, что там девичья партия.

Ш.: Да, два парня, поющие, выглядит по меньшей мере странно.

– Странно, да. Хорошо, что я не пою.

Л.: Да, я хотел сказать, что есть исключение, песня – это «Реки любви», которую поет Шурик. Предыстория такова. Обычный погожий день, восемь часов утра, звонок. Звонит тетя Инна – это мама Шурика. Я абсолютно перепуганный, подумал, что-то случилось. Спрашиваю тетю Инну: «Что?» Она говорит: «Лева, мне надо с тобой серьезно поговорить». Я думаю: «Боже мой, что? Что случилось?» – «У Шурика давно не было хитов». Я в этот же момент сел за инструмент, и у меня появился этот па-па-па. А потом уже с Янчиком сделали текст.

– Вы мне напомнили одну историю. Это где-то начало семидесятых. Вот история звонков. Звонок приятелю: «А можно там, допустим, Сашу?» – «Его нет, а что вам надо?» – «Хотим поговорить с ним по поводу концерта». – «Платите тридцать рублей, и тут же приедут». Бабушка была таким первым администратором одной очень смешной команды.

(Поют песни «Мой рок-н-ролл» и «Родина».)

Сергей Бобунец

«Как это ни странно, но Сергея Бобунца я не мог выловить достаточно долго, хотя у нас много общих друзей. То какой-то из его администраторов скажет, что он ушел в монастырь, то еще какой-то перец скажет, что он распустил группу и играет шансон. Но нас так просто не сломить! Захожу как-то в пепелац, а он там сидит, я как наехал на него, типа почто избегаешь? А Серега глазами моргает и извиняется, дескать директор не говорил, и все такое прочее. Я так строго ему: «Пойдешь в передачу ко мне?» – «А то! С нашим уральским удовольствием!» Вот и славно, промолвил я, и по-английски в ответ, дескать вэлкам!» – Евгений Маргулис.

– Сегодня Сергей Бобунец и его команда на «Квартирнике»! По-моему, последний романтик из Свердловского рока.

Сергей Бобунец: Спасибо, Женя. Если что, Женя, ты-то вечно молодой давно уже.

– Вечно молодой и вечно…?

С. Б.: А это уже не важно. Вечно пьяный – это уже не важный нюанс. Ты можешь быть вечно пьяным от жизни. Не обязательно от алкоголя. Жажда жизни – это тоже капец как мощно.

– Я хочу сделать такой маленький экскурс в прошлое. Команда, в которой он играл, была последней командой, которую приняли в уральский рок-клуб, и после этого…

С. Б.: В свердловский, да.

– В свердловский. И после этого рок-клубу настал кирдык. Я прав?

С. Б.: Это я нес через всю жизнь.

– Историю знакомства я, может, толком сейчас и не вспомню, потому что я вечно молодой, а он подрастал, вы понимаете, да? Мы знакомы давно и на каких-то фестивалях потом уже встречались. И конечно же, «Галлюцинации» я хотел пригласить на «Квартирник», мы только начали снимать. Я не мог найти телефон Сергея, можете себе представить такую фразу.

С. Б.: Это нормально, кстати. Мне нравится сидеть у себя дома и не брать трубку телефона. То есть все, что я могу сделать, это выйти покормить собак, погулять с собаками, побить грушу – у меня висит груша на улице, и на это уходит много часов.