Лабиринты безумия

На совещаниях подполковник Новобранец был, конечно, «маленьким человеком» – по мере надобности он передавал Штерну необходимые документы и оперативные разработки. Но не остался незамеченным. На аналитические способности молодого офицера обратил внимание тогдашний начальник ГРУ Иван Проскуров, который предложил подполковнику перейти на работу в разведку. Новобранец наотрез отказался: во-первых, он уже прирос к Дальнему Востоку, где ему в ближайшее время пообещали квартиру, а во-вторых, он прекрасно знал, насколько опасна работа в разведке, где последовательно расстреляли семь начальников ГРУ со всеми начальниками отделов. Однако принцип добровольности перестал действовать не только в авиации, но и в разведке. Несмотря на отказ, Новобранца вызвали в кадры НКО и приказали явиться в ГРУ для дальнейшего прохождения службы, где он был назначен заместителем начальника информационного отдела по Востоку. Пока Новобранец осваивался на новом месте, начальник ГРУ генерал Проскуров был арестован, а начальник информационного отдела полковник Пугачев снят с должности, и место его занял генерал Дубинин. Начальником ГРУ вместо арестованного, а позднее расстрелянного Проскурова, стал Филипп Голиков – четвертый начальник за два года. Чтобы занять пост, на котором последовательно были расстреляны восемь твоих предшественников, нужно иметь, без сомнения, большое мужество. Но и большое мужество не прибавляет знаний, столь необходимых в паутине глобальной дезинформации.

Будучи единственным в Главном Разведывательном Управлении посвященным в операцию «Гроза» и зная отношение Сталина к этой операции, а также и тот факт, что весь замысел операции основан на вторжении немецких войск в Англию, Голиков, возможно, и не отдавая себе отчета в своих действиях, а просто желая выжить, начал подгонять разведданные своей службы под эту достаточно простую схему. Говорят, что он сам был большим поклонником «Грозы» и более всего боялся, что у Сталина в последний момент не хватит решимости эту операцию осуществить.

Поэтому со своими подчиненными, которые в глобальные планы посвящены не были, а честно делали свое дело на указанных им направлениях, Голикову приходилось объясняться намеками и улыбками, осторожно давая им понять, что именно хочет услышать от разведки большое начальство. Профессиональные и многоопытные разведчики, возглавлявшие отделы ГРУ, оказывались сбитыми с толку даже постановкой задач, которые ставил перед ними начальник ГРУ. С постоянной улыбкой на лице Голиков говорил подчиненным: «Сделайте так или наоборот», и никто не понимал, как нужно делать, чтобы было правильно. Но это давало возможность Голикову обрывать слишком ретивых подчиненных словами: «Я вам таких указаний не давал!» или «Вы меня неправильно поняли». Более всего он боялся, что разведывательные сводки и ориентировки не совпадут с мнением Сталина.

В итоге подобного руководства начальник информотдела генерал-майор Дубинин попросту сошел с ума и попал в психиатрическую больницу, а начальником отдела был назначен подполковник Новобранец.

Не зная о глобальных замыслах товарища Сталина, Новобранец в отличие от вождя всех народов и своего непосредственного начальника, совершенно не верил в возможность Гитлера форсировать Ла-Манш и осуществить вторжение в Англию. Еще во времена Ивана Проскурова путем довольно несложных расчетов аналитики отдела выяснили, что операция «Морской лев» не может быть осуществлена по очень простой причине: у немцев нет ни десантно-перевозочных, ни десантно-высадочных средств, чтобы доставить на побережье южной Англии минимум необходимых сил в 60 дивизий. У них даже нет средств, чтобы в первом эшелоне перебросить 30 дивизий для захвата плацдармов. Разведчики вычислили количество необходимых для этого плавсредств и количество имеющихся в наличии, включая баржи со всех немецких и французских рек. Генерал Проскуров пытался доложить все эти выкладки Сталину, за что и поплатился головой.

Однако внезапное исчезновение генерала Проскурова совершенно не убедило подполковника Новобранца в том, что немцы способны форсировать Ла-Манш. Что он и высказал преемнику генерала Филиппу Голикову. Голиков, как всегда, улыбался своей загадочной улыбкой:

– Что ты за них так беспокоишься? Не получится у них высадка – им же хуже. Еще раз попробуют!

– Они не собираются высаживаться, товарищ генерал, – настаивал подполковник, – дело даже не в том, могут они или нет, а в том, что просто не собираются этого делать, вводя всех в заблуждение, а прежде всего нас.

– А зачем им это? – поинтересовался Голиков.

– Чтобы под прикрытием этой дезинформации напасть на нас, – убежденно заявил Новобранец.

Голиков засмеялся:

– Пусть нападают. Кое-кто наверху только и ждет, чтобы они на нас напали. Чем они на нас нападут, имея 93 дивизии на канале? Они что – рехнулись?

Новобранец молчал.

– Ты же сам изучал гамеленовские документы, – продолжал Голиков, – и знаешь, насколько мы сильнее их. Как же они могут на нас напасть?