Ледовое побоище. Разгром псов-рыцарей

Бедослав, сброшенный с воза ударом вражеского копья, сумел уцелеть, отбиваясь сразу от троих кнехтов. Он заколол одного ливонца, другому рассек колено и ранил в руку третьего. Спасаясь от наступающих врагов, Бедослав получил рану в правое плечо. От летящих ему в спину немецких стрел его заслонил щитом оружейник Листрат. Он же помог Бедославу взобраться на второй рукотворный вал из сдвинутых саней.

Теперь уже не только воеводам, но и любому ратнику стало ясно, что без поддержки княжеских дружин новгородскому пешему полку выстоять в сече не удастся. Ливонцы напирали с воинственным воодушевлением, рассекая боевое построение русичей сразу в нескольких местах.

Расшвыривая кнехтов, которые лезли на сани, как одержимые, Бедослав не успел прийти на помощь сражающемуся рядом Листрату. Какой-то немец зарубил оружейника мечом. Однако враг торжествовал недолго. Бедослав бросился на ливонца, убившего Листрата, как разъяренный медведь. Защищаясь, немец ранил Бедослава в ногу и локоть правой руки, но спастись ему все же не удалось. Меч Бедослава вошел ливонцу в рот и вышел из затылка.

– Лихо ты его уделал! – воскликнул появившийся подле Бедослава сотник Славута Никитич. – Наколол, как муху, на иглу!

Запыхавшийся Бедослав ничего не ответил сотнику, отражая щитом удары другого кнехта, пробившегося к нему.

«Где же княжеские дружины? – билась в голове Бедослава одна и та же мысль. – Почто медлят братья Ярославичи?»

Прошел час тяжелой яростной сечи, показавшийся вечностью многим новгородским ратникам в это мглистое весеннее утро.

Было 5 апреля 1242 года.

Глава двенадцатая

БЕГСТВО КРЕСТОНОСЦЕВ

Барон Герхард фон Визен опустил свой окровавленный меч, глядя на то, как ливонская и датская пехота теснит новгородцев к сцепленным в длинные ряды обозным саням. Главное дело сделано: новгородская рать смята и расстроена! Кнехты и эсты-наемники закончат то, что столь успешно начали рыцари!

При взгляде на множество порубленных и истоптанных конями русичей в душе барона растекалось радостное мстительное торжество. Ему хотелось верить, что среди этих сотен поверженных новгородцев где-то лежит убитый и тот дерзкий славянин, осмелившийся унизить барона, превратив его в безмолвное чучело. Этот позор нестерпимо жег барона Герхарда со времен взятия Копорья Александром Невским.

Но где же сам Александр Невский? Где его дружина?

Герхард фон Визен обратился с этими вопросами к маршалу Конраду фон Кайзерлингу.

– Неужели не понятно где, сеньор Герхард? – усмехнулся маршал, горделиво красуясь на своем огромном коне, укрытом длинной белой попоной с черными крестами. – Александр и его дружина спасаются бегством во Псков. Хваленый Александр Невский так и не осмелился скрестить с нами свой меч!

– Пусть бежит Александр Ярославич, далеко ему не уйти, – вставил Андреас фон Фельбен, находившийся в битве бок о бок с маршалом. – Мы возьмем его во Пскове.

– Либо захватим Александра в Новгороде, коль он убежит туда! – воскликнул барон Уго фон Рессер, переполняемый радостью от того, что ему удалось отомстить русичам за свое недавнее поражение под Изборском.

Ливонские рыцари не сразу расслышали отдаленное звучание русских боевых труб, увлеченные созерцанием битвы, но едва на фланги ливонского войска обрушились, как снег на голову, конные владимиро-суздальские полки, это привело в смятение братьев-рыцарей. Успешный ливонский натиск вдруг разом прекратился. Ливонская пехота заметалась между пешим новгородским полком и русской конницей, вылетевшей на лед Чудского озера из-за Вороньего утеса и из дальнего леса за Узменью.

Первыми обратились в повальное бегство эстонские князья со своей чадью и дружинами. Поток бегущих эстов покрыл ледяную гладь озера.

Чтобы не дать гигантским русским клещам сомкнуться у себя за спиной, ливонцы спешно откатились от поредевшего новгородского полка и начали перестроение. Ливонские военачальники намеревались двумя фланговыми ударами разбить конные русские дружины, а затем добить сильно потрепанный пеший новгородский полк. Они еще верили, что победа не ускользнет от них.

Однако перестроиться ливонцы не успели, атакованные сразу с трех сторон конными и пешими русскими полками. Боевой строй ливонцев раздробился. Даны оказались отрезанными от тяжелой немецкой пехоты, ливонские рыцари лишились поддержки большей части кнехтов, которые угодили в окружение вместе с наемниками из Риги.

Если датские герцоги Каунт и Абель живо разобрались в ситуации и стали пробиваться к западному берегу Чудского озера, то ливонские рыцари, образовав круг, пытались любой ценой вырвать у русичей победу в этом сражении. Рыцари, сражаясь, подбадривали друг друга боевым кличем.

Бедослав рубился в самой гуще сражения, не чувствуя усталости и ран. Смерть многих его соратников звала Бедослава к отмщению.