Легенды и мифы Невского проспекта

На противоположной, нечетной, стороне Невского проспекта берет свое начало улица Рубинштейна. Впервые эта улица стала известна петербуржцам в 1739 году как вымощенный деревом проезд, ведущий от Невского к Загородному проспекту. Проезд был необходим как более короткий путь к Московскому тракту. До этого дорога к нему шла по Невскому проспекту и Большой Новгородской дороге, нынешнему Лиговскому проспекту, о чем мы уже говорили. Первоначально проезд назывался иногда Головиным, иногда Головкинским переулком. В первом случае – по фамилии одного из ближайших сподвижников Петра I, адмирала, первого кавалера первого русского наградного знака – ордена святого апостола Андрея Первозванного графа Ф.А. Головина, владевшего здесь одним из участков, во втором – по имени канцлера Г.И. Головкина, чья дача находилась поблизости.

В середине XVIII века на левом берегу Фонтанки, на месте, где расположен дом № 44, построенный в 1840–1850 годах архитектором А.М. Горностаевым и ныне принадлежащий библиотеке имени В.В. Маяковского, находился участок, подаренный Петром I еще в 1714 году Александро-Невскому монастырю. Деревянный дом, стоявший на месте нынешнего дома № 44, в свое время был, по-видимому, первым зданием на левом берегу Фонтанки, тогда еще Безымянного ерика. В 1730 году этот земельный участок перешел к другому монастырю – Троице-Сергиеву, который находится вблизи Петергофа. Здесь разместилось подворье, то есть общежитие для монахов этого монастыря. В 1798 году Головин (или Головкинский) переулок стал Троицким. В 1821 году переулок получил статус улицы.

Свое современное название улица Рубинштейна носит с 1929 года. Так был отмечен столетний юбилей композитора Антона Григорьевича Рубинштейна. Здесь, в доме № 38, с 1887 по 1891 год он жил и работал.

Видный композитор, пианист и дирижер, основатель Русского музыкального общества и Петербургской консерватории Антон Григорьевич Рубинштейн был одной из центральных фигур петербургской музыкальной жизни 1860–1870-х годов.

Современникам Рубинштейн запомнился человеком «небольшого роста, коренастым, с огромной гривой волос». За эту «буйную гриву», вдобавок к «неукротимому нраву, мощному таланту и львиному щедрому и благородному сердцу», его называли «Львом». Он напоминал портреты знаменитого композитора Людвига ван Бетховена, внешний вид которого вполне соответствовал его демонической музыке. Бетховен умер в 57-летнем возрасте, за два года до рождения самого Рубинштейна. Несмотря на это в Петербурге Рубинштейна искренне считали незаконным отпрыском немецкой знаменитости. Рубинштейн не спорил. Видимо, ему как композитору и музыкальному деятелю льстила эта невероятно популярная легенда.

Надо сказать, что у него, как и у Бетховена, и в самом деле внешний вид был демоническим. Неслучайно и его самого, и одно из самых знаменитых его произведений – оперу «Демон» – в Петербурге называли «Демон Антонович». Это необычное прозвище имеет свою легендарную историю. Случилось так, что в дирекцию Императорских театров одновременно принесли две партитуры оперы «Демон», написанные по одноименной поэме Лермонтова. Одну из опер сочинил Антон Григорьевич Рубинштейн, другую – известный в то время композитор-любитель барон Борис Александрович Фитингоф-Шель. Утвердили и приняли к постановке оперу Рубинштейна, а их авторов с тех пор прозвали соответственно: «Демон Антонович» и «Демон Борисович».

Кажется, свою гениальность Рубинштейн чувствовал с раннего возраста. Его брат Николай рассказывал, как в детстве, когда Антону было 12 лет, они несколько дней провели в доме одни, без взрослых, и очень голодали. И Антон однажды сказал ему, протягивая несколько копеек, завалявшихся в кармане: «Николаша, я знаменитый артист, и мне неудобно, сходи в лавку и купи хлеба и огурцов».

Он и в самом деле стал знаменитым рано. Однажды во время гастролей по России Ференца Листа композитору представили молодые дарования – Антона Рубинштейна и его младшего брата Николая. Листа они восхитили. Об этом стало известно всему музыкальному Петербургу, и с тех пор Антона прозвали «Листком», а Николая – «Листочком».